Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Резонанс Душ Soul Resonance
Лист 37. Главный герой и бунтари-изгои, ставшие Королями.

Ветвь четвертая - «До того как...».


Апрель. Токио, Япония. Район Асакуса. 2019 год.

На задний двор бежевого здания частного реабилитационного центра вышла девушка. Поверх ее черной полосчатой водолазки, доходившей до середины шеи, и белых брюк был надет врачебный халат. На лице тонкие очки, прятавшие закрытые глаза. Ее русые волосы, сплетенные в толстую косу, спускались ниже поясницы спины. Она мирно дышала воздухом пропитанным влагой недавно прошедшего дождя.

Она стояла на бетонном крыльце заднего двора реабилитационной клиники. Прямо перед ней расстилался густой, аккуратно стриженный газон насыщенно-зеленой травы. Тут же, в правом дальнем углу от нее, занимая одну треть заднего двора, находился небольшой сад. Это было местом, где проходившие здесь реабилитацию, как доктора и врачи, могли спокойно отдохнуть и расслабиться, сидя на деревянных лавочках или гуляя по саду и газону. Но сейчас, кроме девушки здесь не было никого, и на то была причина. Ясный безоблачный день, начавшийся с теплого весеннего солнца, после обеда утонул в гуще темных туч, порывов шквального ветра, грома и молнии. В данное же время тучи начали отступать и сквозь них мирно и ласково на землю опускались лучи неимоверно далекой звезды.

В правое ухо девушки был вставлен наушник. Она слушала свое любимое радио «KNH»:

« - Что за день! Просто потрясающий, Вы не находите? Пока наш приглашенный синоптик покидает нашу студию, выпивая стакан воды с успокоительным, так и не дав нам ответа на неожиданно пошедший вчера снег и сегодняшнюю грозу, я спешу напомнить Вам, дорогие слушатели, что сегодня радостный день нашего 50-летнего юбилея! Смотря на то, как в нашу студию из окон проникает свет, мое сердце начинает трепетать от происходящих чудес. Вчерашнее происшествие на перекрестке Шибуя тому явное подтверждение. Все кто был там и потерял сознание, придя в себя обнаружили, что недуги, к слову сказать, имевшие место у всех кто там находился, вдруг больше их не беспокоят! Разве это не чудо? По какому-то странному стечению обстоятельств, все они оказались на перекресте, все разом потеряли сознание, а очнувшись - излечились. Вскоре в нашей студии появится один из врачей прибывший на место вчерашнего происшествия. Мы расспросим его обо всем поподробнее. Но, а пока, позвольте мне зачитать вам, дорогие слушатели, длинное и очень значимое для всех нас письмо от одного очень интересного человека. Человека имя и история которого Вам всем хорошо знакома:

- Приветствую Вас «KNH» и всех радиослушателей. Поздравляю Вас с юбилеем и желаю Вам продолжать радовать нас качественной музыкой и задушевными разговорами еще много добрых лет. Также хочу пожелать здоровья и успеха глубоко уважаемому мной и моей супругой ведущему радио. Мы навечно ваши преданные слушатели. Вы тонко чувствующий человек с великим сердцем. Однажды, в прошлом году, также в апреле, я написал Вам письмо, в котором писал о любви к прекрасной девушке и своей огромной нерешительности. Позвольте освежить в памяти те события и продолжить их, раскрыв в более полную картину. Тогда я был еще студентом, подработка много денег не приносила, но, несмотря на это, мне хватало на жизнь. Я работал в книжном магазине, а эта девушка работала через дорогу в цветочной лавке. Она продавала цветы. Парадные стены обоих магазинов, где мы работали, были стеклянные, поэтому я часто наблюдал за ней. И от этого мое сердце трепетало, наполняя меня теплом. А когда я видел, как с ней заигрывали другие мужчины, меня охватывал гнев. Но из-за своей природной робости я ничего не мог с этим поделать, и поэтому начал тихо ненавидеть себя. И вот, однажды, смотря, как с ней заигрывает очередной покупатель мужчина, уж слишком часто появлявшийся у нее, я все же решился. Сейчас или никогда. Да, так я решил. Дождавшись обеденного перерыва, я со всех ног рванул через дорогу. Меня чуть не сбила машина! И вот весь трясущийся и обруганный водителем автомобиля, я стоял около двери в цветочную лавку. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди, но моя решимость не дрогнула. Я боялся, что тот незнакомец навсегда уведет ее у меня. Я открыл дверь. Помещение, заполненное цветочными ароматами, заполнилось звоном колокольчиков, висевших над дверью. Она поприветствовала меня улыбнувшись. И я... струсил. Струсил, как никогда еще не трусил. Меня охватила паника, я выбежал из лавки. Она крикнула мне: - Постой! И выбежала за мной, что-то крича мне в след, остановившись у двери. Но было поздно, проклиная себя, я бежал со всех ног. В тот момент, я бежал от самого себя. Бежал так сильно и быстро, что совсем не понял, как оказался в глуши нашего города. Еле как, доковыляв до общежития, в котором жил, я несколько дней не выходил из своей комнаты. О своей подработке я вспомнил лишь через три дня. Хозяин книжного магазина, в котором я работал, был человеком всегда хмурым на вид и очень немногословным, из-за чего о нем часто ходили слухи якобы он некогда был членом якудза. Спешу отметить, что это не имеет ничего общего с реальностью. Хозяин был начальником районного отделения полиции, ушедшим на пенсию, и открывшим книжный магазин, осуществив свою давнюю мечту. Он всегда говорил использую лишь одно или два слова. Я ожидал быть уволенным за свое бегство с работы, но в тот момент произошло то, что я совсем не ожидал. Мир оказался не без добрых людей. Хозяин подошел ко мне и, похлопав по плечу, был непривычно многословен. Он сказал, что зачтет мой прогул за отпуск и дает мне еще неделю подумать и успокоить свои мысли и эмоции, ведь он и сам раньше был молод, совершал сгоряча поступки, о которых позже жалел. Я согласился подумать над его предложением, поблагодарив его, вновь извинившись, кланяясь ему до самого пола. Выйдя из книжного, я по привычке посмотрел в цветочную лавку. Она стола все с тем же постоянным покупателем и, видимо ощутив на себе мой взгляд, посмотрела на меня. На ее лице появилась улыбка, и она приветственно помахала мне рукой. С болью в сердце я опустил взгляд вниз и зашагал прочь, понимая, что сам все и разрушил. Разрушил будущее, которое я мог построить вместе с ней. Да, в ту пору я был очень радикален в своих взглядах на жизнь. Тогда я думал, что никогда больше не увижу ее и не вернусь на свою подработку. Придя в комнату общежития, я схватил первую попавшуюся книгу и принялся читать, завалившись на кровать, стараясь совсем не думать о том, как я сжигаю мосты. Книги всегда помогали мне сконцентрироваться и успокоиться, но не в этот раз. Мне нужно было с кем-то поговорить. С кем-то, кто мог бы выслушать меня, не давая советов — просто выслушать. К сожалению или к счастью, как покажут последующие события, что я опишу, такого человека не было в моей жизни. Телевизора у меня не было, да я и не большой любитель его смотреть, поэтому я включил радиоприемник, настроенный на волну «KNH». Радиоведущий, то есть Вы, дорогой мой, с воодушевлением зачитывали чье-то благодарственное письмо. Я уже и не помню, о чем именно оно было, но отчего-то, слушая Ваш голос, мне вдруг и самому захотелось Вам написать. Я сел за стол, стоявший у окна, взял в руки ручку и принялся писать. Писать о себе, о своей любви и обо всем том, что произошло со мной в эти дни. Перечитав излившиеся слова и чувства на бумагу, я подписал письмо громкими словами: - Утративший Надежду. Спустившись в фойе общежития, я засунул письмо в почтовый ящик и, вернувшись в комнату, крепко уснул. Проснувшись на следующее утро, я вдруг осознал, какую глупость я совершил. В майке и трусах, босой, я рванул в фойе общежития, но было уже поздно. Комендант сказала мне, что почтальон, не появлявшийся у нас месяцами, неожиданно решил нагрянуть к нам и забрал все письма. Я лишь вздохнул, вернулся в комнату и не выходил оттуда целый день. Прошло два дня, я понемногу пришел в себя и уже готовил на общей кухне общежития. На моем этаже, впрочем, как и на других, нашего четырехэтажного здания, помещение кухни было размером с обычную комнату. Стояло две кухонных электрических плиты с четырьмя конфорками на каждой, две раковины для мытья посуды, большой и длинный металлический стол вдоль стены, вечно полное мусорное ведро, и окно напротив входной двери. Готовил я не один. Рядом готовили и громко смеялись три девушки. К слову сказать, смеялись они здорово, а вот готовить… Они совсем позабыли о том, что у них на плите, лепеча что-то друг другу и взрываясь смехом. Почувствовав запах гари, одна из них, сидевшая на подоконнике, спрыгнула на ноги и открыла кастрюлю. Вода в ней полностью выкипела, а то, что было в ней - сгорело, прилипнув к ее дну. Раздосадованные девушки затолкали кастрюлю в мусорное ведро, готовое лопнуть в любой момент и покинули кухню, собираясь пообедать в пиццерии неподалеку. Но было то, что они забыли. На окне остался включенным радиоприемник. Настроенный на волну «KNH». Очередная песня закончилась и Вы – ведущий взяли слово. Вы произнесли то, что ошеломило меня, никогда я не забуду этих слов: - «Напоминаю Вам, дорогие слушатели, что уже сегодня в самый разгар цветения сакуры нам исполняется 49-ть лет! Еще не круглая дата, но мы очень рады вещать для Вас. А теперь рубрика присланных к нам писем. Сейчас я обращаюсь к человеку, чье письмо тронуло меня до глубины души. Утративший Надежду, ты меня слышишь?». Я выронил деревянную ложку для помешивания из рук. «Надеюсь, ты меня сейчас слышишь». Продолжили Вы. «Знаешь, твое письмо это просто чудо! Мы получаем множество звонков и писем от слушателей, просящих зачитать его снова и снова. У тебя появилось множество преданных фанатов. И я из их числа! Знаешь, Утративший Надежду, у тебя явно писательский дар. Ты должен подумать над тем, чтобы стать писателем! Я серьезно! То, как чувственно ты пишешь то, как оголяешь свою душу – это что-то невообразимое. И знаешь что?.. У меня будет к тебе одна просьба. Ох, я молюсь, чтобы ты сейчас услышал меня. Утративший Надежду, будь сегодня в 21:00 в той самой цветочной лавке. Вымойся, побрейся, причешись и надень свой лучший костюм, если он у тебя есть, если нет - не беда! Главное приведи себя в порядок. И будь там, в назначенное время. Все остальное предоставь мне». Я громко и сухо сглотнул, стоя в оцепенении, не двигаясь с места. «Знаете, иногда в моменты полного отчаяния судьба преподносит нам сюрпризы. Будь там, Утративший Надежду. Просто будь там - в цветочной лавке в 21:00. В момент ее закрытия. Ну, а теперь – новый хит несравненной Aimer – SUN DANCE!..». Последующего я уже не слышал. Меня вдруг всего затрясло и скрутило. Подбежав к одной из раковин и нагнувшись над ней, меня охватили спазмы пустого желудка. Трясущимися руками я открутил кран с холодной водой и сунул под него голову. – Что это было?! Сокрушался я. Немного придя в себя, в нос ударил сильный запах гари. То, что я готовил, сгорело подчистую. Засунув сковороду в бедное, кряхтящее мусорное ведро, я вернулся в свою комнату и весь день не отходил от радио. Я размышлял: шутка ли это - все происходящее со мной? Вы еще несколько раз повторяли свое послание, и я жадно впивался слухом в каждое произносимое Вами слово. Я не заметил, как стало темнеть. Я вскочил с постели, на которой сидел, держа руки у лица, все это время, и уперся взглядом в плакат висевший на стене моей комнаты. Плакат с изображением юноши шагающем по песочному пляжу с надписью: «Борись! Ничего в жизни нельзя бояться!». Я решился довериться Вам. Сходил в душ, который был один на все общежитие. Странно, но обычно всегда в женский душ была очередь, но тогда не было ни одной девушки, они словно исчезли куда-то, что нельзя было сказать про парней. Им вдруг всем взбрело в голову помыться! Немыслимо! Отстояв медленно текущую очередь, я, наконец, помылся. Затем побрился и выбрал самую чистую одежду, что смог отыскать - классический костюм, который одевал всего пару раз после покупки. Взглянув на часы, я понял, что у меня оставалось всего лишь 30-ть минут. Ровно 30-ть минут до 21:00! Это означало, что времени у меня нет вовсе. Цветочная лавка, как и книжный, в котором я пока еще числился работником, была в часе езды на автобусе. Ни секунды не думая, позабыв закрыть дверь на ключ, я рванул с места. Автобус ходил четко по расписанию и на последний я уже опоздал. Но такое случалось и прежде, когда я собирался на работу. В то время часто опаздывать вошло у меня в привычку и стало неотъемлемой чертой моего характера. Моей визитной карточкой. И тогда, мне всегда приходилось бежать со всех ног. Ух, что-что, но бегать я еще со школы умел сравнительно неплохо. Даже в секции по легкой атлетике был лучшим среди лучших. Мне пророчили большое будущее, но дальше этого дело не пошло. Я многое пробовал в жизни и многое мне хорошо давалось, но чрезмерно высокие ожидания других на мой счет, словно взваливали на меня непомерный груз ответственности, который я не в силах был тянуть. За что я часто винил себя, уходя или попросту сбегая от них. Это сейчас я осознаю, что в этом не было ничего страшного и делать следует только то, что любишь, не взирая на то, что говорят другие — хорошее или плохое. Нужно слушать себя. Вернее, уметь слышать себя самого, за этой вереницей постороннего шума и, не взирая ни на что делать то, что любишь — наслаждаться этим всем душой, конечно же если это не мешает остальным. Простите, я отвлекся, давайте продолжим. Автобус множество раз делает остановки на своем пути. Я же избрал окольные пути, положившись на крепость своих ног. Я бежал. Бежал. И бежал. В мыслях было лишь то, что я должен правильно дышать, как в школе учил меня тренер. Большое спасибо ему за это. Четыре беговых шага – четыре коротких вдоха, четыре беговых шага – четыре коротких выдоха. Несмотря на это, мысли о том, что я не успею, сбивали мой ритм и дыхание. Я ускорялся, как мог. Бок закололо спустя несколько минут такого бега. Сжав его рукой, я немного притупил боль и полностью сосредоточился на дыхании, отметая мысли прочь, пытаясь унять боль. Глубокий вдох восстановления… Протяжный выдо-ох… И вновь вдо-ох… Бок отпустило и я вновь взял нужный ритм. Выбежав на знакомую, длинную улицу, я осознал, что до назначенного места оставалось всего метров 500-т. От радости вновь сбилось дыхание, и боль в боку напомнила о себе с новой силой. Я поморщился и налетел на пожилого мужчину, закрывавшего свой магазин. Мы оба рухнули на землю. – Ох, парень, куда это ты так летишь? Почесывая голову, удивительно спокойно, спросил мужчина. – Неужели ко мне в магазин? Так и быть, за твое безудержное рвение, даже несмотря на закрытие, я вновь откроюсь и продам тебе любое украшения с большой скидкой! – Закрытие?! Ошеломленно выкрикнул я. – Сколько сейчас времени?! – Ну, чего ты так кричишь? Давай, вставай, во-от так, молодец. Не ушибся? – Время… Сколько сейчас? – Куда вы молодые вечно торопитесь? Доживешь до моих лет, перестанешь по таким пустякам волноваться. – Пожалуйста, ответьте, сколько сейчас времени?! Произнес я, схватив старика за плечи. – Ох, что с тобой поделать… Сейчас погоди… Взглянем на часы, чтобы быть точными… Ита-ак... 21:15. Тебя это устроит? Я громко сглотнул и отпустил старика. Я опоздал… На меня тут же навалилась усталость, которой я совсем не чувствовал пока бежал. И я рухнул на колени. Из глаз потекли слезы. – Эй-эй, парень, ты чего? Присел рядом со мной старик. – Бежишь сломя голову, людей не замечаешь, сносишь их с ног, кричишь на них, а потом плачешь? Я ничего не мог ответить, и лишь вытирал рукавом горячие слезы. – Во дела… Знаешь, а я знаю куда ты так бежал… Улыбнулся старик. – Не знаете… Выдавил я из себя. – О-о, будь уверен – знаю. Так бежать можно лишь по одной причине. Ты бежал на встречу с судьбой, не иначе. Я прав? Старик оказался очень проницательным, а я лишь кивнул. – Знаешь, я много лет прожил, и точно уяснил лишь одну вещь. Если чему-то суждено произойти, то оно произойдет. Встань, отряхнись! Старик вновь буквально поднял меня на ноги. – Ты думаешь опоздал и всё, поезд ушел? Как бы не так – судьба не поезд, у нее всегда свой известный лишь Б-гу маршрут. Отдышись, успокойся, расслабься и выдохни. А затем продолжи свой путь. Остальное оставь своей судьбе. Если тебе суждено быть там, куда ты бежал и опоздал, то значит было суждено появиться там с опозданием. Возможно, именно это было лучшим, что могло с тобой произойти по пути. Ну, как? Успокоился? Я, молча, кивнул в ответ. – Теперь иди. Не беги. Иди спокойно. Доверься своей судьбе. Старик похлопал меня по спине, и я пошел вдоль улицы, включившихся фонарей, закрывающихся магазинов. – Эй, парень! Окликнул меня старик со спины. – Все у тебя будет хорошо! Понравился ты мне! Ты уж заходи как-нибудь в мой ювелирный, сделаю лучшую скидку! – Да… Улыбнулся я. – Обязательно зайду! Выкрикнул я ему, вовсе не догадываясь, как позже нас свяжет судьба. Я шел спокойно. Бок перестал болеть. После разговора со стариком мне стало легче. Я словно освободился от тяжелого груза, что тащил на себе всю свою жизнь. Вернее, его слова освободили меня от него. Я не заметил, как дошел до цветочной лавки. Почему-то она была все еще открыта. Свет еще горел внутри ее прозрачных стекол. Я положил руку на ручку двери, выдохнул и толкнул ее внутрь. Звон колокольчиков оповестил о новом посетителе. Она стояла за стойкой и громко всхлипывала, пряча лицо за ладонями своих рук. Тогда она меня не заметила. Сердце мое дрогнуло, облившись кровью. Я попытался было открыть рот, чтобы что-то сказать, но вдруг радиоприемники, висевшие по всему периметру лавки ожили: «Утративший Надежду! Парень! Ты меня слышишь?!» - Слышу. Отозвался я. Мой голос привел девушку в чувство, она оторвала руки от своего лица, увидела меня и резко повернулась ко мне спиной, вытирая слезы. Я потупил взгляд, совершенно не зная, как мне поступить дальше, и в тот же миг Вы, дорогой мой, продолжили: «О-о, молю Б-га, хоть бы ты не ушел оттуда и был там, ты просто не поверишь! Я так несся на вечерний эфир, чтобы осуществить задуманное, что, не дожидаясь лифта, помчался по лестнице в нашу студию и подвернул ногу! Пришлось прыгать на уцелевшей до самого верха. О-о… Надеюсь, ты опоздал или все еще там. Прости меня! Что начинаю так поздно, но, надеюсь, ты меня сейчас слышишь. Надеюсь и вновь молю Б-га, что Вы оба меня сейчас слышите». - Оба? Непонимающе округлив глаза, произнес я. «Что ж… Я должен все-таки сказать то, что она просила сказать». – Она просила сказать? Вновь округлив глаза еще сильнее, произнес я смотря на спину девушки, что обнимала себя за плечи. «Давай я зачитаю тебе письмо присланное нам ей. Продавщицей из цветочной лавки». Я сглотнул и она повернулась ко мне, не поднимая глаз, продолжая обнимать себя за плечи. «Это письмо я разделяю на две половины. Первая половина адресована Вам, дорогой ведущий радио «KNH». Радио, которое всегда играет в цветочной лавке, в которой я работаю. А вторая его часть будет адресована человеку, назвавшемуся себя – Утративший Надежду. Я впервые пишу кому-то письмо, а еще я жутко переживаю, что оно все-таки окажется у Вас в руках, но я не могу поступить иначе. Дело в том, что я услышала о себе на волнах вашего радио и была ошеломлена. Часть письма, не вся, но большая его часть, присланного Вам от человека, назвавшего себя Утративший Надежду, была обо мне». Я не верил своим ушам. Все происходящее казалось мне сном. В тоже самое время Вы продолжали зачитывать ее письмо. «Вот первая часть письма адресованная Вам, ведущему радио «KNH», и это скорее просьба. Прошу Вас, если это возможно, обратитесь к человеку назвавшему себя Утративший Надежду и попросите его прийти в день 49-летия Вашего радио в цветочную лавку к моменту ее закрытые в 21:00. Я буду ждать его тут. И в это же самое время зачитать вторую часть письма. Я часто слушаю Вас и знаю, что Вы всегда откликаетесь на просьбы обращающихся к Вам. Я взываю к Вашей безграничной доброте и прошу Вас исполнить мою просьбу. Вот вторая часть письма, из которой Вам станет понятно почему я прошу Вас это сделать». Я в остолбенении смотрел на девушку, черные волосы которой были перевязаны платком от макушки до затылка и то, как она украдкой улыбнулась, стояла за тумбой. В то время Вы продолжили свою речь. «Ну, что ж, дорогие слушатели, в день нашего 49-летнего юбилея мне выпала честь стать ветром, дующим в паруса корабля любви двух сердец. Для меня, как для ведущего радио, это великий подарок сделанный мне судьбой. Утративший Надежду, стой ровно, а лучше присядь, потому что то, что ты сейчас услышишь, адресовано только тебе». Я совсем не был готов к такому повороту судьбы, но я крепко стоял на ногах, готовый слушать, вспоминая слова под плакатом, висевшим в моей комнате. «Утративший Надежду, в своем письме ты писал, что впервые увидел меня случайно, закрывая книжный. И именно тогда ты понял, что я та самая девушка, с которой ты бы разделил свой жизненный путь, словно это сказал тебе твой внутренний голос. Возможно, ты удивишься, но наша встреча произошла намного раньше этого. Тогда цветочная лавка еще не открылась и я шла навестить своего отца работающего на этой же самой улице. У него тут свой ювелирный магазин. Он очень любит читать книги, и я, наткнувшись на твой книжный, решила зайти и прикупить ему одну в подарок. Тогда-то мы впервые и встретились. Не мудрено, что ты меня не помнишь. Я тогда была в том самом платке, в котором стою сейчас перед тобой». Девушка нерешительно, краснеясь и смущаясь, смотря в сторону, дотронулась до платка на ее голове. «На глазах моих были одеты большущие солнцезащитные очки, а под ними медицинская маска, которую, в ту пору, я всегда носила. Я просто глазела на стеллаж книг и не могла выбрать, какую именно мне купить. И вот тогда-то мы впервые и встретились. Ты подошел ко мне и предложил помощь. Сперва я не обратила на тебя никакого внимания, но между нами развязался разговор. И вот я услышала твой голос. Голос, что до сих пор звучит во мне. Я вспоминаю его с теплотой и трепетом, отчего мое сердце начинает учащенно биться. То, с какой страстью ты рассказывал о книгах, то как ты был ими воодушевлен, воспоминание об этом часто увлекают меня и греют мое сердце. Тогда я хотела слушать тебя не переставая, поэтому ты прости, что просила мне рассказать истории стольких книг». Я и сам не заметил, как на моем лице засияла радостная улыбка. Девушка бросила на меня взгляд и тоже улыбнулась. «Но вечно так продолжаться не могло и книжный магазин заволокло покупателями. Я выбрала книгу, о которой ты рассказывал с большей страстью. Расплатилась и вышла, попрощавшись с тобой. Вышла в полном осознании того, что по уши влюблена в тебя. Запомнив лишь имя на твоем бейдже». Девушка смущаясь опустила голову, краснея до самых кончиков ушей и сползла под тумбу. «К слову, если все-таки ты сейчас стоишь в цветочной лавке и слушаешь это, то я наверняка себе место не нахожу от волнения и вероятно прячусь за тумбой. Ведь я еще большая трусиха, чем ты писал о себе в своем письме. Пожалуйста, не обращай внимания. И дослушай меня до конца. Есть еще кое-что, что ты должен услышать. Моему отцу очень понравилась книга, которую ты помог мне выбрать. Он постоянно перечитывает ее. Говорит, что каждый раз находит в ней подтверждение своего жизненного опыта. Особенно того, который касается судьбы. Надеюсь, ты слушаешь это, сейчас стоя здесь, в цветочной лавке «Nozomu*», лавке которая принадлежит моему старшему брату. Тому самому человеку, который по твоим словам часто со мной флиртовал. Вовсе он не флиртовал со мной! Он так часто бывает здесь, потому что справляется как идут дела и всегда покупает цветы для своей девушки, которой готовился сделать предложение... Брат, надеюсь твоя девушка скоро очнется и ты все-таки сделаешь ей предложение. Зная ее и тебя, я уверена, вы оба будете прекрасной парой... Прости брат, что впутываю тебя в это, но твоя любовь и преданность, которой ты обладаешь, только она сейчас придает мне храбрости. Спасибо тебе за это. Думаю сейчас, когда все точки над i расставлены, я могу сделать то, что хотела сделать уже давно. Самолично признаться парню стоящему передо мной в своих чувствах. Я хочу сказать, что...» Пока Вы произносили ее речь, девушка вышла из-за тумбы и подошла ко мне, но Вы не остановились там, где должны были. «Прошу Вас, дальше не читайте и по возможности дайте мне немного времени признаться ему в своих чувствах. Спасибо Вам если все-таки Вы решились помочь мне признаться в люб...» В этот самый момент, остановившись передо мной, она вдруг задрожала. Ее решимость полностью исчезла, она заплакала, но вдруг, по всей видимости, в Вашу радио рубку ворвались. Мы все это слышали. Все, кто в этот момент слушал радио «KNH». «- Остановись! - Редактор Ханами?! - Ты не должен был читать дальше! - О, нет! И правда! Что же я наделал?! - Ты, его напарница, почему не вырубила его из эфира, как было обговорено?! - Простите, лицо Шого так мило светилось, что я не могла его остановить... - Госпожа Ханами! - Чего тебе?! Я занята! - Наши рейтинги взлетели в небеса! Нас сейчас вся страна слушает! - Да плевать я хотела на наши рейтинги! Вы хоть представляете, что сейчас чувствует эта девушка?! Я из Вас всю душу вытрясу! Идиоты! - Вот ведь... Лицо Шого больше не светится... Госпожа Ханами, мы все еще в эфире... - Что?! - Они все еще нас слушают...» Повисла молчаливая пауза. Мы оба были в шоке. Да таком, что девушка стоявшая напротив меня прекратила плакать и, округлив свои бесконечно красивые черные глаза, смотрела на меня. «- А ну, живо гони сюда микрофон! - Как скажите Госпожа Ханами! - Послушайте, от лица всего «KNH» мы искренне просим у Вас прощения. Сейчас мы выйдем из эфира. Оставив место тишине, так нужной Вам обоим сейчас. Еще раз простите нас». Вновь возникла пауза. «- Так мне сейчас выключать? - Да что ж вы за люди-то такие?! Я Вас всей сейчас поуби...». Радио замолкло и тишина заполнила помещение цветочной лавки. Мы стояли и смотрели друг на друга, не зная что и сказать. Так продолжалось несколько секунд, а потом мы оба, как один, сначала сдержано, а потом и вовсе во весь голос рассмеялись вместе. Мы долго смеялись. Смеялись чисто, искренне и открыто, как два ребенка, как один человек. - Кажется, я упустила свой момент. Спокойно произнесла она вытирая слезы теперь уже от смеха. - Похоже на то. Теперь мы квиты. Улыбнулся я ей в ответ. Но несмотря на это, больше слов не нужно было, все и так уже было сказано. - Поздно уже... Может, ты проводишь меня до дома? Спросила она. - С радостью. Ответил я. Мы потушили свет в лавке и закрыли ее. До ее дома мы шли молча, но оба были счастливы. Счастливы и свободны, как никогда прежде. Ведь наши чувства нашли отголосок друг в друге, слившись в унисон ритма наших сердец. - Вот мы и пришли. Неловко произнесла она, стоя у своего дома, огороженного забором. - Да, вот мы и пришли. Повторил я за ней. - Может! Произнесли мы одновременно. - Ты первый. Улыбнулась она. - А? Да... Я хотел сказать, может хотя бы познакомимся. Она рассмеялась. - И правда, мы ведь даже так и не познакомились! Мы оба назвали свои имена друг другу. - Рада, наконец, познакомиться. - И я, очень рад. Между нами вновь возникла неловкая пауза, которую заполнила она. - Хозяин книжного сказал, что ты в отпуске, но номер и адрес твой назвать не захотел, поэтому я и решилась написать на радио. А еще... еще... Завтра цветочная лавка не работает и я подумала, может мы... может мы... ну... - Конечно, с удовольствием. - Правда?! - Да! - Тогда ты зайдешь за мной в *? - Буду ровно в *! - Снова опоздаешь? - Вероятно. И мы оба сдержано засмеялись. - Я буду ждать. Играя улыбкой произнесла она. - Я тоже буду жда... То есть нет, я! - Да... Я поняла. Она тепло улыбнулась мне и исчезла за дверью. Я был на седьмом небе от счастья. Я не мог сдержать бурю своих радостных чувств. Я прыгал и благодарил весь мир за всех людей в нем, благодарил Б-га за судьбу, что он мне даровал. Но это продолжалось не долго. Нависая над забором на меня смотрел старик, тот самый старик которого я снес с ног. - Так это был ты? Улыбаясь произнес он, и я рухнул на землю. - Хм, теперь мы квиты. Улыбнулся он. - Как Вы?.. Что Вы?.. Почему Вы здесь?! - О, ты что совсем не слушал. Я отец этой девушки. - Точно... Простите меня! Встал и низко поклонился я ему. - Да, ладно тебе, не стоит. Кто знает, как бы все обернулось, если бы ты все-таки на меня не налетел или успел вовремя. - Вы правы. Наверняка, ничего не вышло бы и я бы все испортил. - Никогда не позволяй себе думать о себе плохо! Кто будет верить в тебя, если ты сам в себя не веришь? - Да... Вы правы... - Вот и хорошо. Мы оба замолкли, уставившись на звезды, обдуваемые теплым апрельским ветром. - Спасибо за книгу. - Вам спасибо за такую дочь. - Ха-ха-ха, просто скажи - "пожалуйста". Благодарность тоже умей принимать. А насчет дочери... жену мою будешь благодарить, я-то что? Мое дело маленькое. Может все-таки зайдешь? - Спасибо, но я, пожалуй, пойду. - Как знаешь, но ты все-таки помни... - Да, я на всю жизнь запомню — не бежать, а идти спокойно, верно? - Хм, да, верно. - Дорогой! Ты чего на забор залез?! Это опасно! - Не переживай моя драгоценная, я просто звездами любуюсь. - На заборе? - Не поверишь, отсюда звезды еще красивей, а одна совсем недавно упала! Представляешь? Да такая яркая, если присмотреться. - Ну, я пойду. Шепотом произнес я. - Да, давай. И если вдруг, не хочу на тебя давить, но вдруг надумаешь когда-нибудь... Помни про скидку, я свое слово сдержу. - Да, я помню. Спасибо. - Папа! Ты что там делаешь?! - Звездами любуется. - О вот и еще одна появилась, такая же яркая. - Дочка, принеси отцу стул, а то он ноги себе переломает. - Кто? Я? Да я еще хоть куда! С тех самых пор я больше не бегу и никогда не опаздываю. Мы начали встречаться. Я вышел на работу. И думал, что чудеса на этом иссякли, но я ошибся и они лишь только начали набирать обороты. Репортеры из «KNH» нашли нас и сделали про нас репортаж. Улица на которой мы работали превратилась, наверное, в самое оживленное место в городе. Столько влюбленных друг в друга пар и не пойми откуда взявшихся туристов здесь никогда не видели. Книжный, цветочная лавка, ювелирный, магазины и рестораны расцвели благодаря им. Каждый считал большой удачей купить книгу в подарок, букет цветов и ювелирное украшение. Открылись свадебные агентства. Многие сыграли свадьбу прямо здесь. Я же, вскоре окончил университет и стал заместителем хозяина в книжном, поднакопил денег и сделал предложение, уже сам, не прибегая к Вашей помощи, дорогой наш радиоведущий. Я безмерно Вам благодарен за то, что Вы для нас сделали, Вам и всем сотрудникам «KNH» еще вот за что. Многим стала интересна судьба брата моей супруги, а вернее его любви. Он был против этого, но люди все же выяснили. И тогда я понял, что мир не только не без добрых людей, он еще и наш общий дом, в котором мы все одна большая семья, а связанные узами «KNH» - почти кровная. Девушка, которую любит мой шурин - талантливый художник. Она дружна с моей супругой поэтому многие ее картины висят в нашем доме. Беда в том, что я знаком с ней, но вот она со мной, к сожалению, нет. Ее сразил неизвестный недуг. Она никак не может проснуться. Это все, что я могу сказать на ее счет. Но дело не в этом, а в том, что люди разузнав о ней, и о том сколько денег требуется на поддержание ее жизни создали фонд пожертвований и мы смогли перевести ее в самую современную клинику для лечения. Ее жизни ничего не угрожает, ее берегут как за зеницу ока. Мой шурин часто навещает ее, принося ей ее любимые цветы. Мы с супругой тоже иногда к ней наведываемся. Знаете, у меня такое чувство, что уже совсем скоро она очнется. Вот же она удивиться узнав, о своей популярности и о количестве желающих приобрести ее картины. Мы все молимся о том, чтобы она поскорее проснулась. Думаю, я уже очень много написал. Прошу прочитайте, если решите прочитать, это письмо в день 50-я. Это и наш праздник тоже. Ведь я пишу это письмо, в то время как моя супруга укладывает нашего сына спать. Для нас было великой честью дать ему Ваше имя, господин Шого. Спасибо Вам. Ваш Утративший Надежду Преданный Слушатель


«- Знаете, я сдерживал слезы до самого конца. Но сейчас если Вы позволите, я все же отпущу их... Ведь я... Ведь я так... Так счастлив сейчас... Я тоже, как и Вы, благодарен Б-гу за то, что он даровал мне мою судьбу. Судьбу, что связала меня с такими людьми — с Вами, дорогие слушатели. А ведь причина, по которой я попал на эту работу, это чистая случайность. Я тоже всегда опаздываю и в тот раз опоздал на собеседование. И, придя узнал, что вакансия на пост редактора была уже занята, госпожой Ханами, о которой Вы упоминали. Я отчаялся, потому, как уже долгое время не мог найти работу и плакал, сидя в коридоре «KNH». Но меня заприметил директор, выходя из комнаты для собеседований, тогда я и не знал, что этот совершенно простой в общении, открытый, рослый и внушительный с виду человек был директором всего телерадио канала. Он выслушал меня и попросил следовать за ним. Он отвел меня в другое крыло здания и усадил за микрофон радиорубки. - Попробуй это. Произнес он. - Что именно я должен говорить? - Сперва представься и просто начни рассказывать о себе, а мы послушаем. Я сделал в точности, как он сказал, в то время как он стоял рядом и жестами показывал мне: тут добавь эмоций, тут сделай паузу, здесь докрути до шутки. В тот миг мне виделось, что я впервые расправляю крылья, а наставления директора были для меня ветром поддерживающим мой первый нерешительный полет. Я быстро понял, как именно я должен говорить, как именно я могу летать, уверенно наслаждаясь свободой. Спустя пару минут он остановил меня, пожал мне руку и произнес: - Я директор Сакурай. Если ты согласишься, я буду очень рад принять тебя на работу радиоведущим. Мы еще не объявляли кастинг на эту должность, но ты нам подходишь. Так что? Согласен принять мое предложение и стать частью нашей семьи? Я ничего не мог ответить. Я плакал также, как плачу сейчас. Он похлопал меня по плечу и произнес: - Мы уже давно в эфире. Ты уже принят. Вот так мгновенно началась моя работа радиоведущим. Работа, в которой я свободен с самого первого своего слова. Ох... что-то я затянул, мне бы умыться. Спасибо, что слушаете радио «KNH»! Спасибо, что остаетесь с нами. А сейчас, если Вы, дорогие наши радио слушатели позволите, мы сделаем небольшую паузу, во время которой я подберу подходящую песню для всех событий этого дня и не только»...


Девушка, стоявшая на заднем дворе частной клиники, глубоко вдохнула свежий воздух, открыв глаза уникального цвета розового сапфира. Оно сняла очки, сложила их и зацепила за нагрудный карман. Ее голова поднялась к небу.

- Чтобы я не делала — она не просыпается... Чудо, да?.. Остается надеяться только на него...

Она выдохнула, прикрыв глаза, опустив взгляд под ноги.

Радио вновь ожило в ее наушнике:

«Вот оно! Вот песня, которая идеально подходит ко всему происходящему в последние дни. Не могу объяснить, но я чувствую, как на главную сцену выходят те, кому под силу изменить очень многое в нашем мире и не только... Дорогие слушатели, позвольте же, специально для них, создать песенное сопровождение их шагам! Panic! At The Disco – The Greatest Show! На часах 15:33. Мы очень долго ждали Вас - наши Короли...»

Девушка открыла глаза, слушая заигравшую песню. Порыв ветра приподнял ее врачебный халат и устремился вдаль от нее. На газон травы, в противоположной крае заднего двора реабилитационной клиники, вступила нога мужчины в серых брюках, рядом с ней вступила нога рыжей собаки. Девушка, прищурила взгляд, заметив троих незнакомцев на территории клиники. Собака, рослый парень в сером костюме и белоснежной рубашке, несущим на спине мужчину со множеством шрамов на оголенном торсе. Все трое были промокшие до нитки. Они двинулись прямиком по направлению к девушке. Ветер, радуясь, взыграл с новой силой. Он зашумел листвой цветущей сакуры — деревьев, стоявших по периметру двора и одинокой глицинией в небольшом саду. Трое, купаясь в лучах солнца, укутанные пролетавшими лепестками сакуры, приближались к девушке и в песенном сопряжении показались ей теми самыми о ком говорил ведущий радио «KNH» Шого. Мурашки, бегающие по ее телу, вызвали в ней волну, что породила слезы потекшие из ее глаз.

- Вот оно...

Слетело с ее губ.




ППА:

*Nozomu – перевод с японского — Надежда.

Читать далее

Добавить комментарий

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. правила

Скрыть