Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga Self Lib GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Любить страшно Love is scary
Глава восьмая. Сердце без души

От Лица автора

— Дорогая мама, — маленький мальчик лет пяти, похожий на человека, но им ни в какой степени и мере не являющийся, сидел под огромным деревом рядом с пока ещё живым, дремлющим родителем. — Вы слышите меня? Я думаю, что видел сегодня человека из будущего. Это была женщина. Она станет моей возлюбленной, мама.

      Тень коснулась волос мальчика, и прозвучал нежный женский голос:

— Демонам не свойственна любовь, Томоэ.

— Но я полюблю её всем сердцем, мама, — уверял ребенок тень.

— Неужели моя смерть не стала тебе примером, Томоэ? — огорченно вопросил голос.

— Но хочу её любить…

      Тень исчезла, и голос не нашел ответа, оставив юное дитя в полном одиночестве с тем, кто и понятия не имел, как воспитывать ребёнка, а уж тем более полудемона.

      Сачи был принцем из огромного королевства, и он ничего толком не умел, кроме того, чтобы надменно смотреть на всех вокруг и давать указания. Его встреча с Кьюби была случайной. Она гуляла по просторам неба, когда молодой наследник отсиживался в саду, прячась от охраны. Увидев чудо с милым хвостиком и ушками на голове, он был покорён не только отличавшими её от людей частями тела, но и красотой этой незнакомки. Кьюби была девушка неземной красоты, точнее, она брела по окрестностям людей в такой форме, чтобы не отпугнуть их, хотя наличие одного хвоста бы разразило большой скандал. Но это всё было не важно, когда прожигающий мудростью взгляд лисицы встретился со взглядом кичливого, противного выродка. Кто бы видел их со стороны, с уверенностью бы сказал, что они не подходят друг другу, и многие бы согласились. Однако между ними проскользнула искра. Юркая Кьюби каждый день блуждала возле земель королевства, а Сачи, в свою очередь, пытался изловчиться и встретиться с ней хоть раз. Их первое свидание было на крыше дворца, в ночь, когда луна была полной и на небе красовались миллионы звёзд. Он и она. Этот момент казался обоим вечностью, в которой они бы с радостью могли окунуться навеки.

      Шло время. И боязливый принц сбежал. Он не был прощён королем. Его изгнали, о нём не хотели говорить, да и ему было всё равно. Теперь он был свободен и мог быть всегда рядом с ней, не дрожа от промелькнувшей рядом тени. Да вот суровая реальность окатила его с лихвой. Кьюби, в отличие от Сачи, была демоном: она не питалась, ей даже не нужна была одежда, а вот ему... Он в первые в жизни понял, что значит зарабатывать. Он носил тяжёлые камни, он работал днём и ночью, чтобы содержать одного себя. И вот, в один из дней, когда он пришёл к ней, к их месту, где они теперь встречались, к огромному мощному дереву, он узнал, что станет отцом. Не было ни радости, ни грусти. Он просто принял это.

— Давай назовем его Томоэ, — предложил он.

— А если девочка родится?

— Тогда Мари.

— Кто бы ни был, Томоэ или Мари, я рада, что могу подарить тебе дитя, — приподнявшись, она нависла над парнем и нежно поцеловала его в губы.

— Я люблю тебя, Кьюби.

      Вскоре Кьюби родила и умерла через пять лет, потому что сильно ослабла после родов и не могла больше сдерживать свою силу в уже потрепавшейся оболочке, которая и до родов была почти непригодна.

      Она стала тенью, что преследовала своего суженого до конца его дней.
      Тень, в которой он не признал её.
      Тень, которую боялся и избегал.
      Тень, которая была опасна для них обоих.


***

      После смерти отца молодой демон в очередной раз стоял под тем огромным деревом, ожидая голос своей матери, который не заставил себя долго ждать. А ведь и ни к чему было делать паузу демону, который потерял свой облик, и слышать его мог лишь тот, кто был равен ему по крови.

      Присев на землю, лис опёрся спиной об ствол дерева, тихо сказав:

— Я видел её снова, мама, — напряженно выговорил лис.

— Когда ты полюбишь её и убьешь, мы сможем снова быть вместе. Только полюби её по-настоящему, как меня, — ответил голос с толикой нежности.

— Мне страшно… — задрожал он, собирая образ своей единственной перед глазами. 

      В его голове всплывали образы с той, которая хоть и видела в нём угрозу для жизни, но никогда не боялась отстаивать своих прав. Она была с ним на равных. Она была той, с кем он не чувствовал себя ужасным демоном.

— Скоро девушка предложит тебе сердце. И ты вырвешь его из её груди. Ты вырвешь сердца у миллиона девушек. Ты перестанешь бояться, Томоэ. Всего лишь вырви сердце той, которую полюбишь, и мама снова будет рядом.

— Д-да… мама.

***

      Бездыханное тело, из-под которого выпорхнула бабочка, казалось самым единственным драгоценным для демона во всём белом свете. Он упал на землю и прижался к холодной груди, из которой вытащил этот злосчастный кусок вазы. Его руки онемели, а в глазах двоилось. Он прилёг рядом с телом своей жертвы, той самой девушки, которая была дарована ему судьбой. Он убил её своими руками, он заставил её пойти на это.

— Нанами… — глядя в глаза, в которых уже не было жизни, он закричал. 

      Им овладел ужас. И как он только посмел сделать ей больно?! Ведь он старался обойти эту черту и не слушать тень. Он знал, что рядом с ней он будет счастлив и она его обязательно полюбит, однако тень взяла верх. Кьюби убедила его в обратном. Только с ней и ни с кем другим он не будет так счастлив. Ему не придётся чувствовать себя уродом, он больше не будет прятаться за грубыми словами и строить из себя надменного, отрешённого демона. Он будет тем маленьким мальчиком, который хотел тепла матери.

— Время пришло, — напомнила о себе мама. — Вырви сердце.

— Д-да, — помотав головой, пытаясь остановить этого глупого ребёнка в себе, он держал свою тянущуюся за сердцем правую руку огненным хвостом. 

      Томоэ не хотел причинять ей боль снова.

— Ну давай же, быстрее! — поторапливала его она.

— Я не могу! — сопротивляясь, он смотрел на тень, и та была хладнокровна. 

      Она хитро выстроила на стволе дерева образы Томоэ и девушки-человека Нанами. Она блестяще разыграла момент, когда та без слов кричит, что ненавидит его.

      Он дрогнул. Закрыв глаза руками, он силился всё забыть. Лис ничего никогда не видел. Он не должен идти на поводу, хотя уже пришёл к самому концу.

— Мамочка всегда будет рядом, Томоэ…

— Мама, — вспоминая тёплые руки, которые держали его. 

      Вспомнив моменты, когда та давала ему испить свою жизненную силу, чтобы он подрос. Он нещадно вырвал из мёртвого тела сердце. Которое в ту же секунду начинало становиться оболочкой его матери: прекрасной женщины с длинными шелковистыми волосами первого снега, глазами красивее, чем драгоценные аметисты, кожей, как гладкий поспевший персик. Он лежал на земле, держа в руках ещё не остывшее сердце, и мог лишь наблюдать за тем, что натворил.

— Томоэ, — Кьюби с улыбкой подлетела к своему сыну.

— За что ты так со мной поступила? Почему она? Почему не одна из тех, кто был до неё?

— Потому что всё получить нельзя, — посмотрев на порхающую бабочку, она закричала. — Ты, что, ты её не убил?

— О чём ты гово… — заметив свирепый взгляд матери на бабочке, лис замер.

— Душу? Зачем она мне?
— Разве не душа заставляет сердце биться?
— Сердце заставляет биться синусовый узел его проводящей системы. Это скопление нервной ткани, находящееся внутри сердца. Поэтому если быстро извлечь работающее сердце, то оно сделает ещё несколько сокращений вне тела. А душа не имеет к этому никакого отношения.
— Если бы у тебя была душа, то, наверное, и не понадобилось бы моё сердце, ведь так?


— Сердце без души не даст человека. Сердце без души сделает живого трупа, — проговорил лис, схватив свою мать девятью огненными хвостами и коснувшись большим пальцем её лба.

— Ты что делаешь? Разве ты уже умеешь?

— Прощай, мама…

— Но как ты можешь?! — начав выдавливать из себя слёзы, завопила женщина. — Я же твоя мама, и я тебе нужна. Я всегда буду рядом с тобой.

— Хватит врать. Ты использовала меня, ты использовала отца. Ты уже умирала, когда встретила его. Ты родила меня, чтобы использовать!

— Не говори так, мама тебя любит, — твердила она.

— Прекрати!

      Глаза цвета сирени окрасились в опасно-красный цвет. На миловидном лице раскрылась усмешка.

— Ну и что, я тебе жизнь дала, — толкаясь, зарычала она. — Это моё тело!!!

— Incipiens (с лат. начало).

Читать далее

Отзывы и Комментарии
комментарий