Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8 Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Король и Шут The King and the Clown
Месть Хорька. (Бонус № 1)

Шикарный все же город – Гонконг! Да какой там город – целое островное государство со своими порядками, законами и традициями, не похожими ни на что, ни в Азии, ни в остальном мире. Ван Со всей кожей впитывал местную атмосферу, этот бунтарский космополитический дух свободы, столь созвучный с устремлениями его собственной души; восхищался таким гармоничным слиянием, казалось бы, несовместимых культур Востока и Запада - ему здесь нравилось буквально все. От причудливой футуристической архитектуры и торчащих жирафьими шеями над гаванью высотных портовых погрузчиков, до пронизывающего морского ветра, хлещущего по лицу и обнаженным плечам сырыми полотенцами; от мутных волн пролива до горячей от полуденного солнца палубы небольшой прогулочной яхты, идущей галсами от Лантау к Новым Территориям.

Со стоял на носу, не щурясь смотрел вдаль и наслаждался короткими часами отдыха перед встречей с гонконгскими продюсерами полнометражного приключенческого фильма, над созданием которого они намеревались совместно трудиться весь следующий год. Его хорошее настроение подпитывалось еще и тем обстоятельством, что Ха Джин, впервые за последние пару лет, поехала с ним. Точнее, у нее здесь тоже были дела, но так вот все удачно совпало. Малышня с начала лета находилась на Чеджу, под присмотром бдительных очей любимой тещи, и звездно-лунные супруги получили полную географическую свободу. Чем и воспользовались.

Джин поднялась на палубу, держа в руке мобильник и легонько стукнула мужа между лопаток. Он обернулся и тут же расплылся в широкой улыбке:

-Роскошно выглядите, моя леди! Как пиратский юнга…

Она оглядела свой нехитрый наряд, состоящий из белых шорт, коротенького полосатого топика и банданы. Хмыкнула:

-Я-то хоть, как юнга… А ты, как матрос на гауптвахте… Швабру еще надо в руки взять – и все.

Джин вдруг блеснула хитрыми глазами и навела на Со объектив мобильной камеры. 

-Прекрати! – крикнул он и прыгнул к ней, намереваясь отнять телефон. Но Джин ловко увернулась:

-Да ладно вам, Ваше Величество, я ж не для инстаграма, а себе в личное пользование…

-Тебе оригинала не хватает?

-Оригинал обычно на все пуговицы застегнут, а тут – просто уникальные кадры получились! Пираты Карибского моря могут лечь и портянками накрыться!

-Давай я тебе лучше дома попозирую, раз так приспичило?

-Дома не то!

-Ладно, шут с тобой, фоткай, сейчас на леерах повисну…

-Стой! Погоди, не висни! – Джин поднесла к уху зазвонивший телефон. Послушала, покивала и сообщила супругу: - Ким Се И говорит, что полностью переделала твою задумку в сценарий, и уже даже прилетела сюда, чтобы на месте обсудить все нюансы… 

-Ого, какая обязательная дама! – восхитился Со. – Бежит впереди паровоза…

-Да, бежит она… Угадай, кто вместе с ней прилетел?

-А тут надо гадать? Неужели есть варианты? – Со насмешливо прищурился, вытянул руку и согнутым пальцем поймал жену за пояс шорт. Подтащил поближе к себе, обнял и умиротворено вздохнул. – Пригласи их обоих завтра к нам в гости…

***

Два дня спустя...

-Ну что, дорогой супруг, как прошла встреча с китайскими коллегами? – спросила Ха Джин, прижимая телефон плечом, так как руки у нее были заняты: в одной текст новой песни, а другой она рылась в сумочке, в поисках карандаша.

-Замечательно, - Джин услышала в трубке насмешливое фыркание. – Такое чувство, что они зарубежную классику вообще не читали никогда и всерьез было поверили, что это я сам придумал…

-А я не удивляюсь, - жена наконец нашла карандаш и стала отмечать аккорды сверху строк. – Пока ты не привел первоисточник, я тоже бы не подумала, что сценарий оттуда. Ты же детскую сказку в бешеный трэшак превратил!

-Вовсе нет, - обиженно заявил Со. – Я всего лишь эту сказку прочитал вслух. И, слушая сам себя, чуть со смеху не помер. Это ж надо – сказочка! Мать с младенцем забили в бочку и в море выкинули… Самое то – детям перед сном рассказывать! А чудеса все эти на острове? Ну один-в-один - эффект от галлюциногенных грибов! Я всего лишь весь этот черный юмор немного иначе подал, а Ким Се И складно описала. Вместо бочки – шлюпка посреди океана, вместо говорящего лебедя-оборотня – ундина, и так далее… И вообще – китайцы любят красочное фэнтэзи, а здесь такое для них раздолье… Одна армия Морского Наместника чего стоит!

-О, да! – засмеялась Су и продекламировала: - «…море вздуется бурливо, закипит, подымет вой, хлынет на берег пустой, разольётся в скором беге, и останется на бреге, в чешуе, как жар горя, войско Водного Царя!»* Для китайцев – самое оно! О, кстати, а ты где? Ты же помнишь, что сегодня вечером будет водное шоу на реке Шинмун с кораблями, фейерверками и мною в качестве гвоздя программы?

-Конечно, я помню, - заверил ее Со. – Я сейчас в галерее современного искусства, меня Кан пригласил, но к назначенному часу, как и договаривались, буду у тебя в тылу группой поддержки!

-Кан пригласил тебя в галерею? – голос Джин стал вдруг подозрительным. – И ты пошел?

-А почему нет? – пожал он плечами и окинул взглядом длинный, полный бродящего туда-сюда народа, зал, по стенам которого были развешаны картины, изображающие странное не-пойми-что. - Я еще так мало знаю, на самом деле… Вот, пытаюсь расширить горизонты. Теперь весь мир передо мной, а не только одна отдельно взятая точка на карте. Информации просто море, через интернет всего не охватишь! Надо воочию постигать, так сказать… Правда, получается не очень… 

-А что такое?

-Ну-у… - Со с сомнением покачал головой, разглядывая нечто среднее между детскими каракулями и чертежом безумного архитектора. – Я как-то не совсем понимаю, почему это всё называется искусством… Ощущение такое, что художник всего лишь наелся мухоморов и попытался натянуть кому-то глаз на задницу…

-Да? - Джин отчего-то заволновалась. – Погоди-ка… А что это за галерея, ты говоришь?

-А-а, это «Супернова-холл» на юге Коулуна… Сегодня здесь какой-то британский живописец-нонконформист, некий Тэд Митчелл, устраивает целое представление: собирается создавать шедевры на глазах у зрителей. Хочется увидеть, как он будет это делать. 

-Уходи оттуда немедленно!!! – выкрикнула вдруг Су не на шутку испуганным голосом.

-Почему это? – заинтересовался Со. Но супруга не стала отвечать на его вопрос:

-А ты можешь просто уйти, не выясняя причин?

-Могу, - кивнул он. – Но, черт возьми, ты разожгла мое любопытство! Что такое мне предстоит лицезреть, из-за чего ты так всполошилась?

-Уходи оттуда! – голос Джин стал жестче, но Со на это только больше заупрямился:

-Дорогая, если ты хочешь меня от чего-то предостеречь, то, будь добра, объясни, от чего именно! Иначе я и шага отсюда не сделаю.

-Со, пожалуйста…

Но тут связь оборвалась, а телефон Ван Со утробным взрыком сообщил, что у него закончилась энергия.

-Прости, родная, - разведя руками, обратился император к «умершей» трубке. – Раньше надо было рожать истину. А теперь - ничего не поделаешь…


Когда Ха Джин поняла, что телефон мужа отключен, ею овладела паника. Кан Ханыль, пёс смердячий, как есть – Хорёк! И шуточки у тебя хорьковые… С душком. Ну, попадись только! Джин быстро набрала номер подруги и с надеждой спросила:

-Ты сейчас не в «Супернове»?

-Нет, я работаю, вообще-то, - хмыкнула Ким Се И на другом конце соединения. – До завтра надо успеть отредактировать окончательную версию сценария.

-Ясно, - Су усилием воли подавила поднимающуюся изнутри истерику и заговорила сухим командирским тоном: - Звони своему придурку и скажи, что если хочет жить, пусть живо утаскивает Со из галереи любым способом!

-Чего это он придурок? – обиделась Се И. – Он, между прочим, очень даже хороший…

-Когда спит зубами к стенке!!! – взвизгнула Джин. – Иначе, как хорьком, его точно не назвать! Он сегодня моего Со в «Супернову» пригласил на встречу с Тэдом Митчеллом! Представляешь, ЧТО там будет?!!

-Тэд Митчелл, Тэд Митчелл… - задумалась Ким. – Знакомое какое-то имя…

-Это художник такой, - с трудом сохраняя самообладание, объяснила Су. – От слова «о-очень худо»… Я это имечко на всю жизнь запомнила!

-Омо! – Ким Се И, кажется, сообразила. – Митчелл! Это же тот, который… Ахахахаха!

-Смешно тебе, идиотка?! – Джин все-таки вышла из себя. – А вот Кану твоему скоро будет не до смеха! Это же еще хуже, чем мертвая птица! Смертельное оскорбление императорского достоинства! Да Со там весь этот чертов балаган разнесет на хрен!!! А художника на пару с Каном - утопит в ведре с краской, и будет прав!

-Мертвая птица? – с недоумением спросила Се И. – Что еще за мертвая птица… А-а-а, мертвая птица!!!!! Ё-ё-о-о-о-о!!!

-Дошло? – Джин вытерла вспотевший лоб. – Вот и передай ему – если он вдруг выживет после «приватной» беседы с Ли Со, клянусь, я убью его сама! Чертов провокатор! Ван Ук!!!

Закончив разговор, певица осушила двумя глотками бутылку минеральной воды и поняла, что просто так заниматься своими делами уже не сможет. Гроза назревает нешуточная, хоть и обставлена декорациями фарса. Ха Джин взглянула на часы, перекрестилась и, выбежав на улицу, замахала руками проезжающему мимо такси…


До начала обещанного шоу оставалось десять минут. Ван Со поискал глазами Кан Ханыля. Не нашел. И позвонить не мог – телефон сдох окончательно. Ну что ж… Со пожал плечами, надвинул кепку пониже на лоб, невольно порадовавшись, что здесь не Европа с ее традицией снимать в помещении головные уборы, и занял свое место в зале. Вскоре на небольшой подиум, играющий роль сцены, вышел невысокий светловолосый мужчина в халате и церемонно поклонился. Ассистенты установили за его спиной холст и принесли несколько ведер с разноцветной краской…


Так получилось, что когда Ха Джин подъехала к зданию галереи, первым, кого она увидела, был Кан Ханыль, торопливо шагающий по направлению к парковке. Этот гад решил дезертировать? Ну-ну…

-СТОЯТЬ! – гаркнула Джин во всю мощь своего диапазона. Ханыль присел от неожиданности и оглянулся. Встретив многообещающий взгляд нуны, актер струхнул и пустился бежать. Джин сняла босоножки и помчалась следом, попутно швыряя обувь в стриженую голову непутевого приятеля. Поймав затылком одну из сандалий, Кан нырнул носом вперед и едва не упал, а пока восстанавливал равновесие, Джин успела его настигнуть. Схватила за рукав и поволокла обратно.

-Н-ну-ну-ну-нуна, я это… бесполезно это все, мы потеряли друг друга еще с полчаса назад, и я до него не д-до-до-дозвонился, может, он это… того... сам ушел? – немилосердно заикаясь, бельмесил Ханыль, проклиная про себя свое легкомыслие и дьявольскую расторопность Ли Джин. 

-Здесь три этажа, - словно не слыша его, сказала Су. – Первый обыщем вдвоем, если не найдем, я пойду на второй, а ты на третий. Так, я направо, ты налево, пошли!

Возражать Кан не стал, да и бессмысленно это было. Разъяренная Ха Джин всегда напоминала ему летящий на всех парах локомотив. Ну, или бешеного слона… Карликового.

Они разделились и побежали каждый в свою сторону. 

Галопом обскакав все три этажа «Суперновы» и изрядно озадачив богемный люд своими передвижениями, Джин и Ханыль вновь столкнулись в толпе, медленно втягивающейся в главный зал.

-Не нашел? – спросила Ли. Кан покрутил головой:

-Как его найдешь? Он в маскировке! Мимикрировал!

-И за каким только лешим ты вообще его сюда привел, кретин?! 

-Ни за каким! Откуда я знал, что у твоего царственного муженька такая тонкая нервная организация?

-У него не организация тонкая, а характер дурной! И уж это-то ты лучше всех знаешь! 

-Ох, правда… 

-Вот тебе и «ох»! Я ему даже объяснить ничего не могла по телефону, чтобы он тебя на месте не пришиб! Надо его срочно найти, иначе башка твоя все же полетит, только позднее…

-Найти? Как? Не орать же нам теперь на всю галерею его имя? 

-Орать? – Джин на секунду задумалась, а в следующий миг завопила: - Ты что делаешь, извращенец?! – и угостила офонаревшего Кана звонкой оплеухой. – Люди!!! Звоните в полицию – здесь маньяк! Скорее, я его держу!!! Признавайся, гад, это ты бомбу сюда притащил?!

Она вцепилась в Ханыля мертвой хваткой, он от испуга ринулся прочь, таща ее за собой «на воздушной подушке» и голося:

-Это все неправда! Подлая нуна, отстань от меня! Все равно уже ничего не исправить – шоу началось! И бомбу я только в кино видел!

Люди ошалело разбегались от парочки сумасшедших корейцев, но Джин обреченно констатировала, что основная масса народа уже сидит в зале и смотрит совсем другое представление. И Со, скорее всего, находится среди них. Она отлипла от Ханыля и беспомощно огляделась. Ее глаза внезапно вспыхнули и, прежде, чем подоспела вызванная кем-то охрана, девушка метнулась к стене и сорвала щиток пожарной сигнализации…


Со в течение нескольких минут с брезгливым любопытством наблюдал, как эпатажный живописец… живопишет. Делал он это столь оригинально, что Со почти сразу ощутил рвотные позывы и наконец понял, почему Джин так настойчиво советовала ему покинуть сей вертеп. Ведь, когда Тэд Митчелл снял халат, под ним не оказалось ничего! Почтеннейшая публика оживленно зашепталась, а Ван Со прикрыл глаза. Перевел дух. Снова посмотрел на «сцену». Художник жестом фокусника извлек откуда-то тонкий шланг, один его конец опустил в ведро с зеленой краской, а второй вставил себе… э-э-э… ну, в общем... 

Когда ярко-зеленые брызги упали на холст, публика зашепталась еще оживленнее, а Ван Со встал и начал пробираться к выходу, осознав, что подобное «искусство» навсегда останется за гранью его понимания. Но он уже знал, куда пригласит Кан Ханыля в качестве ответного акта дружбы… Да! Он состряпает подходящий сценарий и позовет своего любезного коллегу на… кхм… камео-роль колоритного маньяка в старом парке на окраине Сеула! Главное – обставить дело так, чтобы Хорек не смог отказаться… 

Но это – потом. А пока что… Со услышал очередной смачный шлепок краски на холст и сопроводившие его аплодисменты. Его слегка перекосило, но он все же бросил последний взгляд на «сцену». Голый, щуплый, похожий на ощипанного цыпленка, «художник» с важным видом кланялся, принимая знаки внимания. И Со вдруг стало его просто жаль. Чтобы вызвать хоть какой-то резонанс в этом искушенном всякими излишествами мире, маленький человечек Тэд Митчелл, неприметный и не особо талантливый, решил обратить на себя взор общественности таким вот эпатажем… Ну, а что? Больших усилий это не требует, способностей тоже, все, что нужно – побольше бесстыдства и поменьше понятия о чести. Да что там честь! Элементарная гигиена, как сказала бы Джин, легла и кедами накрылась при виде такого «искусства»! Со криво усмехнулся и передумал кого-либо жалеть. Передернул плечами от отвращения и шагнул к выходу. 

Но в тот миг, когда он открыл дверь, за его спиной начался апокалипсис. Завыло, заревело, замигал свет, и застигнутые врасплох люди кинулись врассыпную, бестолково мечась между креслами. Снаружи творилось то же самое. Пожарная сигнализация надрывным визгом била по ушам. Ни дыма, ни огня видно не было, но охваченные паникой посетители галереи вопили и ломились вон. 

А Ван Со никакой опасности не чувствовал. Единственно, чтобы не быть затоптанным несущейся к выходу толпой, он отошел в сторону и с интересом следил за голым беднягой на подиуме, про которого все забыли. Митчелл рванулся было бежать вместе со всеми, но по пути вспомнил, что из одежды на нем – только часы, и вернулся за халатом. Впопыхах опрокинул ведро с краской, споткнулся, наступил в другое ведро, упал, пополз на четвереньках куда-то вообще не туда, а в итоге почувствовал, как чья-то сильная рука берет его за загривок и вздергивает на ноги. 

Митчелл поднял перепуганный взгляд и увидел смутно знакомого молодого человека в низко надвинутой кепке, с выражением гадливости на красивом лице.

-Иди оденься, - тихим хрипловатым голосом приказал красавчик по-английски и двинул подбородком в сторону служебного помещения. – Тревога ложная, пожара нет. Но если еще хоть раз приедешь в Азию с подобным выступлением, я тебя на кол посажу.


Ли Со спокойно вышел на улицу одним из самых последних, машинально вытирая руки о штаны. Ему очень хотелось немедленно залезть под душ и хорошенько вымыться. Но от службы охраны он услышал, что переполох устроили двое его соотечественников – девушка и парень. Выглядели оба до странного неприметно, однако бегали быстро и сумели учинить настоящий бедлам. Особенно постаралась молодая леди, которая умудрилась даже полиции сопротивление оказать. Парень смотрелся рядом с ней лишь бесплатным приложением. 

Со нахмурился: что-то это все ему казалось будто знакомым? Чокнутая девица кидается грудью на амбразуру, чтобы отвлечь внимание на себя, и тем самым попытаться кого-то спасти… Вполне в духе Хэ Су. Только вот непонятно, кого на этот раз она спасала? Его? Или ОТ него? Наверное, все же, второе... Коза. Он, между прочим, уже давно вырос из тяжелого детства и научился принимать разные шокирующие нюансы нового мира, как минимум, философски. А она до сих пор боится, что он – что? Повесит беднягу недо-художника на его же собственной прямой кишке? А оно ему надо?

Немало обиженный на жену Ван Со все-таки счел, что стоит вытащить ее из полиции. Пока слухи не поползли. А если бы не это… Пусть бы посидела там подольше! Змея подколодная! 

Но когда он приехал в полицейский участок, то узрел идиллическую картинку всеобщего счастья: певица Нийя и актер Кан Ханыль с милыми улыбками раздавали автографы как полицейским, так и арестованным. Такого благостного времени в этом участке еще, наверное, не было! 

Сначала Со, успевший подзарядить в машине свой хэнди-фон, хотел позвонить менеджерам этих двух безалаберных корейских звезд Халлю, но увидев сию «аркадию», передумал. Вместо этого набрал номер жены и вкрадчиво осведомился:

-Я вот тут стою и думаю: увезти тебя домой или, может, здесь оставить?

Джин завертела головой, но никого подозрительного не обнаружила. Вернее, подозрительных рядом было много (полиция все же), но ни один из них не был Ван Со. Прячется? Ладно…

-Суслик, ты пришел за мной? – громко обрадовалась она в динамик, чем заставила вздрогнуть и покрутить пальцем у виска не только ближестоящих, но и своего собеседника. Выражение лица у сидящего в машине Со стало растерянным, уверенность куда-то пропала. Что и говорить, Хэ Су могла бы давать уроки по искусству ставить его в тупик… Какой он ей, к черту, суслик?! Это он у нее и спросил.

-Ну, ты просто похож на суслика – тебя никто не видит, но ты есть! – жизнерадостно сообщила нарушительница общественного порядка. Со прикрыл глаза и глубоко вздохнул уже не впервые за сегодня. Потом решительно сказал:

-Оставлю, пожалуй. Гляжу, тебе здесь весело…


Много позже, когда уже остались позади и полицейские разборки, и праздник лета на реке, Ван Со мерил шагами апартаменты и высказывал супруге все свое недовольство:

-Жена моя, мать моих детей! Ты должна быть степенной рассудительной дамой, а ты? Ты… ты… да ты же просто обезьяна с ядерным чемоданом! Выставку сорвала, людей на уши поставила, младшего коллегу побила, в полицию сама загремела и его с собой прихватила! Прессу взбаламутила! Туфли потеряла! Ужас! 

-Ага, - подтвердила уютно свернувшаяся под одеялом Ха Джин и сладко зевнула.

-Женщина, ты еще удивляешься, что твои сыновья начали хулиганить раньше, чем научились ходить? Есть, с кого брать пример! Сумасшедшая мамка и не такому научит!

-Зато папка у них святой, - сонно пробубнила бесстыдница. – Хоть икону пиши… 

-М-м-м… Не слышу благоговения в голосе… - Со собирался лечь рядом, но после ее слов засомневался. 

-Земной поклон тебе, о, Великий. Спасибо, что никого не прибил и даже не покалечил.

-А должен был?

-Ну, если вспомнить эпопею с мертвым соколом… Нда… 

-А-а, так ты за Хорька волновалась? – поскучнел Со. – Тебе надо было на ветеринара учиться.

-Я за Волка волновалась больше! Боялась, как бы у тебя крышу не снесло. Ведь тогда в полиции оказался бы ты, а не я. И безо всякой надежды на освобождение. Но насчет ветеринара ты, безусловно, прав…

-Да с чего ты решила, что у меня крышу-то снесет? Я что, по-твоему, совсем дурак?

-Просто я хорошо представляю, каким оскорблением для тебя было посещение подобного мероприятия! Это даже хуже того сокола! Которого ты сам и убил, чтобы Ука подставить и казнить, как изменника… 

-Не подставить, а наказать, - льдисто сверкнув глазами, поправил Со. – Меня трясло от мысли, что добрый теплый Му лежит в сырой усыпальнице, безобидного смешного Ына вообще, как простолюдина, закопали в землю, а эта тварь, убившая обоих, живет, ест, спит и продолжает строить козни! А ты еще его защищать взялась! Дура. 

-Со, не плачь! – Джин села на кровати, подтянула мужа ближе к себе и обняла. Она уже жалела, что не закрыла вовремя рот. – Я просто не хотела, чтобы ты стал братоубийцей! Ты был очень злым тогда… Я за тебя переживала, не за него… Ну не плачь!

-Опять? – Со сконфуженно засопел и дотронулся пальцами до мокрой щеки. – Айщ-щ-щ, нет, правда, чего это я нынче такой чувствительный? Неужели и раньше был таким?

-Да, - кивнула Джин. – Всегда рыдал у меня на плече. Только тогда я тебе не могла по башке стукнуть, приходилось терпеть…

-Ах ты ж поганка… - протянул он приторно-сладким голосом. – Когда-то твердила, что относиться к человеку, исходя из его статуса, а не личных качеств – это подло, мерзко и вообще, гадость. А сама? Императора, значит, по башке бить нельзя, а меня можно?

-Императору страной править надо было, - буркнула Ха Джин. – Удары по голове могли плохо повлиять на императорские мозги…

-Лишь это, конечно, тебя и останавливало… А здесь мне мозг вообще не нужен?

Джин извернулась и ловко пнула его обеими ногами, сталкивая на пол.

-Ты чего?!

-Вали спать в другую комнату! Притомил морали читать…

-Эй, Ли Джин, какие морали? – забеспокоился Со. – Я же пошутил! Мне нельзя в другую комнату, мне там кошмар приснится, да-да…

***

СМИ не заставили себя долго ждать, и уже на следующее утро выпустили шокирующую новость о том, что «Серебряная флейта» Востока, Нийя, учинила скандал в общественном месте и угодила в полицию. Но шоком стало даже не это, а то, что безобразничала она в компании Кан Ханыля, коллеги по сцене. Где в это время находился ее муж – предания умалчивают… И мужу пришлось, как обычно, выходить на острие атаки и принимать удар на себя. 

Со договорился с одним из самых широковещательных телеканалов Азии «Сянган-world news» об интервью и объявил миру, что сам инициировал сей цирк... акт протеста.

-Я тоже имею отношение к культурной сфере, - сообщил он, сурово глядя в объектив камеры. - И имею определенное мнение по поводу того, что можно называть словом «культура», а что нет. Так вот, мне совсем не хочется, чтобы мои дети, когда подрастут, угодили в мир, где подобное глумление над эстетикой, этикой и моралью приравнивается к понятию «искусство». Грязь искусством быть не может! И я благодарен коллеге Кан Ханылю и моей жене, что они поддержали меня и помогли воспрепятствовать продвижению этой мер… этого мероприятия хотя бы в одном, единичном случае. Но я также не намерен и в дальнейшем спускать такое с рук.

Ван Со грамотно выбрал целевую аудиторию для своего заявления. Простые люди, работающие отцы семейств, бизнесмены среднего звена и пенсионеры. Что и говорить, Со этим выступлением приобрел уважение тех масс населения Азии, которые раньше никогда не относились к нему серьезно, до сих пор считая «цветочным юношей», несмотря на уже, в общем-то, не юношеский возраст...


-Я поняла! – трагическим голосом возвестила Ха Джин и обличающе наставила на мужа указательный палец, когда он, хвастаясь, показывал ей количество положительных комментариев в сети. Со подозрительно покосился на нее и отполз подальше. На всякий случай. А она, с выражением лица не менее страдальческим, чем ее тон, изрекла:

-Ты метишь в президентское кресло! Готовишь себе электорат…

Со поперхнулся. Вот это выверт сознания! Женская логика – это вам не в тапки… хм… метить…

-Послушай, дорогая, - откашлявшись, возмутился он. – А не ты ли это вынудила меня убалтывать народ, лишь бы замять скандал, который вы с Хорьком мне подкинули? И теперь еще смеешь обвинять меня в жажде власти? 

-А ты – хоп – и воспользовался моментом!

Со стало душно. Ну вот как с ней спорить? Всегда за собой последнее слово оставит… Он дотянулся до бутылки с водой, ополовинил ее одним глотком, вытер губы и сказал:

-Если ты такая умная, давай, придумай, как мне Хорька напугать так, чтобы ему больше неповадно было?

-А чего тут думать-то? – пожала плечами жена. – Вызывай его на ковер, напугаю – мало не покажется!

-Ты?!.

-Ну, не ты же из-за него в обезьяннике сидел…

Одолеваемый любопытством, Ван Со на следующий же день нашел повод им всем встретиться, и первый начал разговор о наболевшем:

-Даже не знаю, Кан, как мне тебя обезвредить? Ты ж мартышка с гранатой: никогда не знаешь, в каком месте рванет! У меня уже нервы скоро кончатся…

-Ничего, милый, - сладко пропела Ха Джин, посылая навострившему уши Ханылю самую коварную из своих улыбок. – Вот приедем домой, попроси Чи Мона… То есть, доктора астрономических наук Квона отправить этого провокатора на тыщу лет назад. В тело чахоточного Ван Ука. Пусть посидит на месте ровно, подумает над своим поведением…

-А Ука куда? – нахмурил брови Со. – Здесь он мне совсем не нужен…

Джин улыбнулась еще коварнее:

-А он тебе тут мешать не станет. Его же сразу в рубаху с длинным рукавом нарядят и поселят в комнате с мягкими стенами. Не выдержит душа поэта... А Ханыль, после того, как помрет в Корё, тоже поселится в той же самой комнате! И ты его вообще больше не увидишь, если сам навестить не придешь…

-Шах и мат! – удовлетворенно кивая головой, заключил Ван Со. Ханыль же, глядя на их довольные лица, всерьез подумал о том, что не стоит ему брать отсрочку, а лучше тихо смыться в армию…

Читать далее

Комментарии:
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий