Глава 8

Онлайн чтение книги Эльф
Глава 8

Пока Лой под наркозом вправляли сломанную лодыжку, Мортон, Дамьен и Тайрин пили растворимый кофе из пластиковых стаканчиков в коридоре.

— Вы оба повели себя просто ужасно, — возмущалась Тай. — Поражаюсь, как вы еще в голос не рассмеялись, когда она упала!

— Я еще не спросил тебя, что ты там делала!

— Мы сейчас не обо мне говорим. Она — ваша сестра, а Вы выставили ее на посмешище!

Тайрин была права. И ее упрек, брошенный в сторону обоих братьев, Дамьен воспринял как оскорбление. Вот уже шесть лет, как он руководил Кланом. Он принимал решения, от которых зависело благополучие многих мьеров, он нес ответственность за каждого члена своей большой семьи. И только ему одному известно, как это тяжело, быть в ответе за тех, кто зависит от тебя. А теперь она, которую он едва знает, указывает ему на его проступок, будто имеет на это право! Будто он дал ей на это позволение!

— Что ты знаешь о нас? — огрызнулся Дамьен. — Ты живешь в моем доме всего несколько дней и уже умудрилась сунуть свой нос, куда тебя не просили! Так что изволь замолчать и больше в наши дела не лезть!

Тайрин потеряла дар речи. Только что ее весьма красноречиво 'поставили на место'. Во время. Действительно, кто она такая? Что она знает о них? Кто дал ей право осуждать этих мьеров? Тайрин передернуло. Что вообще она здесь делает? Ищет ответы или пытается стать частью того мира, к которому не принадлежит? Правило третье: 'не привязывайся к окружающим и никогда не давай им ложных надежд'. Нарушить его оказалось слишком просто, и теперь она сбилась с пути.

— Прости, — вдруг прошептала Тайрин и поднялась со стула.

— Ты куда?

— На улице подожду. Там воздуха больше.

— Тайрин! — окликнул ее Дамьен, но девушка тут же свернула за угол, выбросив стаканчик с кофе в мусорное ведро.

— Она не вернется, — прокомментировал ситуацию Мортон.

— Что? — не понял Дамьен.

— Она не станет дожидаться Лой, а просто уйдет.

Дамьен посмотрел на брата, затем обернулся в сторону, где только что была Тайрин.

— Черт!!!

— Догоняй. Я дождусь Лой и отвезу ее домой. Не волнуйся, она поймет.

— Что поймет?

— Все, проваливай! — прошипел брат и махнул рукой в сторону выхода.

* * *

Тайрин ловила такси на улице, когда перед самым ее носом притормозил черный 'мерседес'. Из машины вылез разъяренный Дамьен, и, схватив ее за здоровый локоток, затолкал на пассажирское сидение своего автомобиля.

— По какому праву? — взревела она.

— По моему собственному, — ответил Дамьен и закрыл за ней дверь.

— Останови машину и высади меня у метро!

— Замолчи, слышишь? Мне надоела эта игра в кошки-мышки. Сегодня мы расставим все точки над 'и'. И вопросы теперь задавать буду я!

Он не повез ее в свой особняк. Лучшим решением было поговорить с ней наедине подальше от города, там, где она не сможет от него убежать. Осознав всю суть его намерений, Тайрин перестала сопротивляться и расслабилась на удобном кожаном сидении.

— Это смешно! — воскликнула она, когда машина остановилась посреди какой-то проселочной дороги.

— Тогда смейся, — уже более спокойным тоном ответил он.

— Чего ты хочешь?

— Знать правду. Кто ты, что делаешь в этом городе и кого ищешь?

— Я не обязана посвящать тебя в свои дела.

— Если ты не хотела посвящать меня в свои дела, нечего было следить за мной сегодня. И, уж коль ты приняла правила нашей с тобой игры, поставь меня в известность о ситуации на своем поле боя. Так, по крайней мере, я буду знать, чего от тебя ждать.

— Мою мать убили, Дамьен. Я ищу того, кто это сделал.

— Как это произошло?

— Мне пятнадцать тогда было. Я нашла ее тело. Остальное не имеет значения. У меня появилось несколько зацепок, которые и привели меня в Лондон. Я хочу найти одного человека, хотя теперь думаю, что он на самом деле мьер.

— Кто он?

— Мой отец, наверное.

— Наверное?

— Он регулярно пополняет один из моих счетов.

— Вы с матерью жили одни?

— Да.

— Значит, все-таки, отшельники… Ты знаешь, почему вы жили одни?

— Нет. Этот секрет моя мать унесла с собой в могилу.

— Люди и раньше преследовали тебя?

— Слишком много вопросов, тебе так не кажется?

— Ладно, моя очередь отвечать, — согласился он.

— Кто из людей контролирует мьеров?

Дамьен не без удивления посмотрел на нее:

— А ты кое-что понимаешь… Есть одна организация, называется 'Кольд'. Мы тесно сотрудничаем с ней на протяжение уже многих лет.

— И есть правила, которым вы обязаны подчиняться?

— Безусловно.

— Приведи пример.

— Не рассказывать никому из сторонних людей о том, кто мы такие. Не устраивать публичных выступлений. Не служить в армии. Не подвергать жизни людей опасности. Убивать только в случаях самообороны.

— И 'Кольд' все это контролирует?

— Нет. Они цепляются только за то, что для них представляет интерес.

— То есть?

— Никого не заинтересовало твое внезапное появление в городе. Конечно, мне пришлось приплатить кое-кому, за то, чтобы они закрыли глаза на взрыв в отеле и перестрелку возле кафе. Неужели сама не удивлена, что тебя не ищут?

— Мысли такие приходили мне в голову, но в подобных ситуациях всегда есть шанс 'проскочить'.

- 'Проскочишь', если не нарушишь договор между мьерами и 'Кольдом'.

— А если нарушу?

- 'Кольд' сообщит о произошедшем Королю Сообщества и он созовет Совет. Совет и решит твою судьбу.

— И кто входит в состав этого Совета?

— Многие, — уклончиво ответил Дамьен.

— И если решение будет не в мою пользу, они пришлют Стражей?

— Да, исполнителей приговора.

— Ты говоришь так, будто приговор может быть только один.

— Так и есть. Любое нарушение карается смертью. Это — закон.

Тайрин с неверием в глазах посмотрела на него.

— Все эти законы касаются сугубо взаимоотношений с людьми?

— Да.

— А между собой как вы разбираетесь?

— Либо изгоняем, либо казним.

— Значит, меня и мою мать изгнали?

— Я не знаю. Есть мьеры которые просто уходят и становятся отшельниками.

— А кто такой, этот Райлих?

— Принц Сообщества.

— А кто тогда Король?

— Его отец Фийери.

— Я так понимаю, что три мьерских клана и Сообщество не очень-то и ладят друг с другом?

Дамьен посмотрел на нее и промолчал.

— Надеюсь, с Лой все будет в порядке, — сменила тему разговора Тайрин.

— Поедем домой? — спросил он, поворачиваясь и наклоняясь к ее лицу.

О чем спрашивали его глаза, Тайрин поняла сразу. Она перевела взгляд на его губы и подумала о всех тех вещах, которые он бы мог с ней сделать, начав только с одного поцелуя. И о том, какого это, слышать свое имя, произносимое этим низким, рычащим голосом, упиваясь запретными губами, владеющими ее телом.

— Только не смей целовать меня, — прошептала она, но он и не подумал о том, чтобы послушаться.

Сочные, бархатные губы находились всего лишь в дюйме от него, и он слишком сильно хотел увлажнить их своим языком, чтобы, вопреки всему, внимать голосу разума. Дамьен наклонился, провел шершавой поверхностью своего языка по кромке ее сладкого рта и остановился в самом уголке.

Он ждал ее ответа. И она распахнула губы. Он окунулся в ее сладость и нашел ее язычок. Его руки коснулись ее волос, перебирая шелковистые пряди и лаская пальцами ноющий затылок.

Дамьен оторвался от ее рта и, убрав волосы, провел по ее ушку языком, втянув острый кончик в свой рот. Тайрин задрожала от этой ласки. Никто и никогда не прикасался к ее ушам вот так. Это было не просто приятно. Это было восхитительно! А сколько еще таких мест на ее теле? И знает ли он о том, где их следует искать?

Тайрин почувствовала тепло его ладони на своей груди. Когда он успел забраться под ее свитер? Пальцы Дамьена сомкнулись на ее соске, а язык в этот момент проник в ушко.

Тайрин встрепенулась от неожиданности. Ее грудь заныла, требуя новых прикосновений, в низу живота зародилось приятное волнение, а по телу пробежала очередная волна дрожи.

Дамьен не мог остановиться. Он хотел прикасаться к ней, ощутить ее всем своим телом, слиться с ней в одно целое и чувствовать, как она принадлежит только ему. Тайрин стянула с его головы тонкую черную шапочку и коснулась пальцами кончиков его ушей. Они были холодными и показались ей слишком хрупкими. Будто от одного неверного движения способны рассыпаться в ее пальцах.

Он надавил на рычаг и опрокинул ее сидение. Она в одно мгновение оказалась лежащей на спине. Он перелез к ней и снова потянулся к ее рту. Его руки блуждали под ее свитером, проникая под застежку ее штанов, касаясь ладонями всего ее тела, будто одновременно. Она почувствовала, как он расстегивает ее брюки и спускает их вместе с трусиками. И когда его ладонь легла на ее лоно, она и не подумала о том, что остановить его.

Он погладил ее, окунаясь в ее желание, а затем скользнул одним пальцем в ее тепло. У Тайрин перехватило дыхание. Дамьен наклонился к ее груди и поцеловал ноющий сосок. Он спустился к ее животу, и обвел языком маленький пупок. Незаметно второй его палец проник в нее, и Тайрин застонала, когда Дамьен нежно погладил ее там, внутри.

Ей захотелось немедленно получить все, что он мог ей дать. Она протянула руку и неумело попыталась расстегнуть его брюки. Повязка врезалась в кожу и рана на плече снова заныла. Она непроизвольно дернулась и отвернулась.

— Больно? — спросил Дамьен, пытаясь заглянуть в ее лицо.

— Нет, — ответила она и посмотрела на него.

— Обманщица, — улыбнулся он и прикоснулся губами к уголку ее рта.

Через несколько минут Тайрин окончательно расслабилась. Рана перестала ныть, словно и не было ее никогда на ее теле. Его пальцы продолжали терзать ее, обжигая неопытное тело и превращая желание в муку.

Дамьен отстранился, а через несколько мгновений она почувствовала, как он медленно заполняет ее. Никакой боли, никаких препятствий. Он проник в нее одним толчком и забрал у нее весь оставшийся воздух из груди.

Эмоции переполнили Тай. Она вспомнила это ощущение наполненности, законченности, но оно было словно приглушенным в ее воспоминаниях. Сейчас же она содрогнулась под тяжестью его тела и невольно вскрикнула в ответ на новое движение его плоти в ней.

Он делал все медленно, продлевая удовольствие и наслаждаясь ее неприкрытой порывистостью и беззащитностью. И когда в ответ на его легкие толчки, она обняла его рукой и начала двигаться вместе с ним, он понял, что противостоять самому себе в своем желании быть рядом с ней никогда не сможет.

Нежная, влажная, она принимала его целиком, едва ли не до боли обхватывая его суть и втягивая его внутрь. Дамьен увеличил темп, всем телом ощущая приближающуюся развязку.

— О, Боже! — закричала она. — Сильнее!

Ей хотелось большего, того, что вот — вот должно было произойти. Он обхватил ее бедра руками и приподнял их выше, проникая, заполняя и вырываясь из плена ее тела, чтобы через мгновение вернуться вновь.

Да, это было именно то, о чем она просила. Освобождение, нахлынувшее на нее волной, под которой не страшно захлебнуться. Ее протяжный стон врезался в сознание Дамьена, призывая отдать ей все, что у него было.

И когда ее плоть ритмично сжалась вокруг него, Дамьен вдруг понял, что сейчас совершит нечто непростительное. Он не мог себе этого позволить. Этого не должно было произойти. Не здесь, не так. Возможно, именно с ней, но не так…

В последнее мгновение он дернулся назад, и Тайрин, внезапно ощутившая холодную пустоту, почувствовала, как Дамьен с непонятным неестественным рыком, будто раненый в самое сердце зверь, изливается на ее бедро.

Тайрин задыхалась. Ее тело больше не принадлежало ей. Мужчина, заявивший на него свои права, получил во владение все, на что претендовал. Расстроило ли это ее? Наверное, нет. Откуда она могла знать, что может испытывать желание? Что может получать удовольствие от прикосновений другого существа к ее телу? Она никогда не задумывалась о том, что в жизни, кроме пустоты, одиночества и стремления отомстить, есть еще и другие стороны, способные завлечь ее в мир собственных фантазий и дать почувствовать, что она все еще живет, а не просто существует.

Дамьен повернулся куда-то и достал влажные салфетки. Он вытер ее испачканную ногу, а затем потянулся к ее лону, но она, словно очнувшись, резко отодвинулась от него.

— Тш-ш-ш, — прошептал он и снова коснулся ее.

И она позволила. С широко раскрытыми глазами, удивляясь самой себе за отсутствие всякого стеснения и стыда, она наблюдала за тем, как он вытирает ее тело и одевает его.

С одной стороны он был даже рад тому, что она не понимала, что с ним произошло. Но, с другой, это рассказало бы ей многое о его чувствах к ней.

Но она, почему-то, увидела в его действиях нечто иное. Он уничтожал следы своей близости с ней так старательно и быстро, будто боялся, что кто-то посторонний ненароком узнаем о произошедшем. Или, может, ему было все равно, ведь наверняка она не первая женщина, с которой он развлекался в машине… Туман рассеялся в голове Тайрин, и ясность произошедшего толкнула ее в пучину самоунижения. Возвращаться к реальности — это всегда трудно, особенно когда она обрушивается на тебя всей своей тяжестью. Но что поделать, когда под обломками собственных убеждений оказывается хрупкая честь?

Тайрин мгновенно замкнулась в себе, и это стало очевидным для него. Он вышел из машины и пересел на водительское сидение.

— Отвези меня в город и высади у метро.

— Ты не хочешь поговорить о том, что произошло?

— Нет. Отвези меня в город и на этом мы закончим.

— Ты этого хотела не меньше, чем я! — воскликнул раздраженный происходящим Дамьен.

— Меня можно понять. У меня не было секса, и в моем возрасте это уже не нормально. Ты просто подвернулся вовремя.

Сказать такое мужчине — большая глупость. А насколько глубокая рана остается после этих слов на сердце самоуверенного мужчины, который испытывает нечто большее, чем простое сексуальное влечение, и сам осознает это? В этом случае уязвимость вполне может скрыться за маской безразличия.

— Я рад, что ты так к этому относишься. Я еще никогда не спал с такими неопытными, но развлекаться с тобой было довольно приятно.

Шах и мат. Одно слово, и ты чувствуешь себя не утомленной занятием любовью на переднем сидении автомобиля, а грязной пользованной шлюшкой, которую только что там поимели.

Он тут же почувствовал свою вину. Это было слишком. Одной верткой фразой он перечеркнул все, к чему надеялся прийти. И тогда он понял, что по своей вине сегодня потеряет ее.

Он завел двигатель и поехал обратно. Всю дорогу он пытался выдавить из себя хоть какие-то слова, но язык его был словно ватным, а в горле стоял ком.

— Останови здесь, — попросила она, как только они попали на довольно оживленную улицу города.

Он тут же притормозил у тротуара. Время будто замедлило свой ход, и Дамьен наблюдал за тем, как она выходит из его машины. Все. Он больше никогда не увидит ее. Никогда…

Реакция была молниеносной. Тело само решило все за него. Его рука сжалась на ее запястье и с силой потянула ее обратно в машину. Тайрин не сопротивлялась. У нее уже не было для этого сил. Он молчал, глядя в упор на нее, сидящую рядом.

— Больше никогда не смей говорить, — вдруг закричал он, — что поимела меня! Слышишь? Никогда!

Она повернулась к нему с явным недоумением в глазах.

— Я сказал то, что сказал. И мне стыдно за это. Но ты, ты хотела меня так же сильно, как и я тебя, а признаться в этом не можешь даже самой себе. Мы уже взрослые и несем ответственность за свои поступки. Мы занимались сексом, Тайрин. Дважды. И во второй раз ты вполне осознанно пошла на это. Я знаю, что мы мало знакомы, но, черт побери, это безумие взаимно! Не признать это — значить быть трусом, а ты не из трусливых, это я уже понял.

— Мне все равно, — спокойно ответила она.

— Если все равно, тогда поцелуй меня, и мы поедем домой.

'Домой'. Это был его дом. Его убежище. Не ее.

— Лучше мне поехать в отель.

— Почему? Разве я ограничивал твою свободу? Ты можешь уйти в любой момент, когда пожелаешь. Или ты боишься находиться рядом со мной?

— Что?

Он притянул ее лицо к себе и впился в ее рот с такой силой, что она едва не задохнулась. Она поняла, что этим поступком он пытается зацепиться за нее, не дать ей уйти от этого влечения. И с каждым новым движением его губ по влажной поверхности ее рта, с каждым новым глубоким проникновением его языка туда, где он встречал ее язык, Тайрин теряла нить происходящего, утопая в новой волне вожделения и непреодолимого желания снова принадлежать этому мужчине. Рука Тайрин потянулась к его шее, а тело прилипло к мужскому торсу, отвечая движениями на движения, вздохом на выдох, стоном на рычание. И когда она почувствовала, что готова совершить нечто возмутительное, нечто противоречащее всем правилам поведения в общественном месте, Дамьен остановился, и шепотом повторил свой вопрос:

— Ты вернешься домой вместе со мной?

— Да, — тихо ответила она и откинулась на мягкое сидение.

* * *

Лой проснулась в своей комнате, окруженная букетами цветов. Нога ее не беспокоила, однако, громоздкий фиксатор, что нацепили на нее врачи, был несколько тяжеловат. Мортон спокойно сидел рядом с ней и читал журнал. Дамьена нигде не было, точно так же, как и Тайрин.

— Привет, — осиплым голосом прошептала она.

Мортон тут же отложил журнал в сторону и взял ее за руку.

— Привет. Ты как? Нога болит?

— Не болит, — ответила она и улыбнулась брату.

— Доктор Сайрус сказал, что тебе придется передвигаться на костылях около двух недель.

— Приятные новости. А где Дамьен и Тайрин?

— Решают очередные надуманные проблемы.

— Он опять обидел ее?

Мортон улыбнулся ее предположениям.

— Зачем ты потащила ее с собой? Наверняка, у тебя был какой-то план.

Лой глубоко вздохнула и скривила лицо.

— Мой план с треском провалился. Я хотела посмотреть на реакцию Тайрин, когда она увидит Райлиха. Вдруг, он ей все-таки знаком?

— Или ты сама хотела увидеть Райлиха, а присутствие Тайрин было всего лишь предлогом?

— Или так, — не стала отрицать Лой.

Мортон кратко посвятил Лой в суть ссоры Дамьена и Тайрин. Лой была рада, что девушка все-таки осмелилась упрекнуть брата. Но, и брат, похоже, забыл о своем высокомерии, раз бросился следом за ней.

В дверь постучали.

— Войдите! — простонала Лой.

— Привет, — улыбнулась Тайрин и вошла в комнату.

— Рада видеть тебя, — ответила Лой и заерзала в кровати.

Тайрин присела на свободный стул.

— Они решили, что 'цветник' вполне может сгладить их вину, — засмеялась Лой и похлопала по руке Мортона.

— Это не от нас, — ответил Мортон и улыбнулся.

— Не от вас? — не поняла Лой.

— Ну, не все. Точнее, от нас только те два букета, — он указал в сторону двух ведер с желтыми и кремовыми розами.

Лой вскинула брови и посчитала остатки. Многовато получалось…

— И кто же столь щедр сегодня?

— Твоя зазноба.

— Может, хватит уже? — разозлилась Лой. — Это было давно.

— Зато, память об этом останется на века…

— О чем это Вы? — вмешалась в разговор Тайрин.

— О Райлихе, — спокойно ответил Дамьен, вошедший в комнату.

Тайрин обернулась и, не задерживая на нем свой взгляд, снова повернулась к Лой.

Девушка улыбалась и смотрела то на брата, то на Тайрин.

— Мученица, ты как? — усмехнулся Дамьен и, приблизившись к сестре, поцеловал ее в лоб.

— Я еще не умираю.

— Это я так, на всякий случай.

— Думаю, мне пора, — ответила Тайрин, поднимаясь со своего места.

— Разве у тебя есть на сегодня дела? — удивился Дамьен.

— Да, я хотела съездить в город. Одежды не мешало бы прикупить.

Дамьен напрягся. Конечно, ее предлог выглядел весьма правдоподобным, однако он ощущал ее волнение, и это настораживало.

— Тебе одной опасно выходить из дома.

— Собираешься запретить мне выходить? — с вызовом бросила она.

— Ты свободна, — пожал плечами он, хотя ему хотелось осадить ее на место и привязать к стулу.

— И я так думаю, — улыбнулась она и вышла из комнаты, помахав всем рукой на прощание.

— И ты отпустишь ее? — не поняла намерений Дамьена Лой.

— Рубен присмотрит. Интересно даже, что она собирается предпринять.

— Ваша встреча прошла удачно? — наконец, поинтересовалась Лой.

— Не очень. Нас, как ты понимаешь, условия объединения, предложенные Фийери, не вполне устраивают. Независимость кланов — вопрос, конечно, спорный, но пока мы существуем отдельно, влиять на нас ему труднее.

— Райлих уверен, что 'Кольду' нельзя доверять.

— Он может оказаться прав.

— Он судит со своей колокольни. Ему выгоден союз, так же, как и отцу.

— А что с Тайрин?

— А что с ней, — тут же переспросил Дамьен.

— Ну, ты, вроде как, согласился с моим мнением о том, что ей можно доверять.

— В своем мнении я полагаюсь только на свои собственные суждения. Я верю ей, но не доверяю. А это — разные вещи.


Читать далее

Глава 8

Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления

закрыть