Read Manga Mint Manga Dorama TV Libre Book Find Anime Self Manga GroupLe
Гарнитура: Тип 1 Тип 2 Тип 3 Тип 4 Тип 5 Тип 6 Тип 7 Тип 8
Размер: A A A A A A

Онлайн чтение книги Легенды Ануэ. Наследие Айжен Ad Astra. Aigen Legacy
Глава 1.1 - Договор Неба и Земли

«I say it to be proud. 
Won't have my life turn upside down? 
Says the man with some... 
With some gold forged plan 
Of life so incomplete 
Like weights strapped around my feet 
Tread careful one step at a time.» 
Globus “Orchard of mines”


1977 г. по архиканоническому исчислению
20 г. Нового времени


      Этот корабль появился на границе пространственного осколка Регос высоко над землей. Вдалеке от  портовых станций и транспортных путей, он просто медленно просочился сквозь молочную дымку границы мира. От его украшенного символами Ай-Зур тела тут же отделились четыре боевых истребителя – корабли сопровождения. Окруженный такой свитой, фрегат начал медленно спускаться к городу сквозь облака.


      Появление машин Черного Альянса, казалось, никого в огромном красивом городе не взволновало. Даже, когда тень фрегата упала на оживленные улицы и многочисленные парки, люди не придали этому особого значения. Похоже, силы Альянса в этом осколке были вполне привычным явлением.


      Толпы красиво одетых людей продолжали заниматься обычными делами. Вели светские беседы или погружались в философские измышления, распивая шипящие алкогольные напитки. В разных местах вокруг себя собирали толпы ценителей искусства художники и поэты. Все это происходило в ухоженных садиках между величественными дворцами и залами, где сейчас проводились концерты.


      Конечно же, под открытыми для солнечного света площадями верхних дворцов был и обычный город. С рутинной картиной вечно-спешащих рабочих, забитых пробками дорог и грязными улицами. Но даже эти виды были заметно украшены многочисленными путешественниками и иномирцами.


      Многие из них прибыли сюда на праздничное открытие величайшего интермирового музыкального турнира. Грандиознейшее мероприятие, целью которого уже несколько десятилетий было сплочение масс и культур многочисленных разрозненных пространственных осколков.


      - Да, понабежало  иномирцев, - замечали одни люди, оглядывая робкие группы странников в необычных костюмах. – Даже не помню, чтобы раньше столько приходило на открытие.


      - Ничего удивительного! – отвечали другие. – Музыкальный турнир уже не первый десяток лет собирает любителей искусства со всех миров! И с каждым разом все больше людей вливается в празднество. Это то немногое, что объединяет нас всех, независимо от пола, возраста и места проживания. Отличная возможность всем нам сплотиться и познакомиться с другими культурами.


      - Это-то да… - нехотя соглашались иные. – Хотя немного странно, что сэнтэл Ай-Зур не только разрешает проводить подобные мероприятия, но и даже финансирует не малую их часть.


      - Без стараний сэнтэла это было бы невозможным, - ликовали самые беззаботные. – Так давайте же поднимем тост за наших доблестных и великодушных покровителей! За тех, без кого мы бы не смогли жить в мирах, не боясь аномалий и разобщенности! За сэнтэл Ай-Зур!


      Бокалы поднимались ввысь и со звоном соприкасались краями. Очередной тост ветер унес ввысь, как раз туда, где проплывал парадный черный фрегат. Раздвинув своей массой облака, машина опустилась совсем низко над городом и медленно двинулась между дворцами в сторону самого большого концертного холла.


      Из-за его стен сейчас по окружающим скверам и галереям разносилась чуть приглушенная завораживающая игра на скрипке в сопровождении оркестра. Музыка была столь живой и пронзительной, что многие люди просто застывали, прислушиваясь к бушующему в ней сюжету.


      Оркестр подобно валам в море, то поднимал ударными хаос из сложенных мелодий, то упорядочено притихал, отдавая инициативу не устающей скрипке. Барабаны подыгрывали духовым, которые вели основное повествование, задавая настрой всему оркестру. А в некоторые моменты в сюжет врывалась бас-гитара, коронно дополняя очередной музыкальный вал стильной разыгровкой.


      Когда выступление достигло кульминации, сотни людей повставали со своих мест, аплодируя всем залом. Шум оваций вырвался из стен дворцового холла, заглушив все прочие звуки.


      К этому времени военный фрегат уже завис на окраине дворцовых площадей у приватного балкона. Из недр машины плавно спустился увенчанный красными тканями челнок.


      - На бис! – кричала толпа в залах, восторженно аплодируя.


      Шум был такой, что могло показаться, будто весь дворец незримо приветствует прибывшего под самый конец выступления гостя. Однако, фигуре, вышедшей из челнока, едва ли понравилось бы такое внимание.


      На белый пол дворцового балкона ступил человек, настолько смешанный с механикой, что больше походил на робота. Протезированные руки и ноги были покрыты парадной броней с отличительными знаками. Торс на манер тоги покрывала красная ткань, увешанная медалями и особыми метками. В изуродованное лицо была буквально вшита дыхательная маска, скрывающая рот и подбородок. В глазах и голове жужжали механизмы множества сложных имплантов. Кожа едва сохранилась только на лбу, откуда росли жесткие, непохожие на человеческие, темные волосы.


      Несмотря на свой искаженный кибернетикой вид, фигура держалась чинно и ровно. В каждом шаге сквозили мрачные решимость и уверенность, никак не вписывающиеся в рамки торжественного праздника искусства и развлечений. По краям от военного шли еще две фигуры в боевых костюмах, но даже они не выглядели так устрашающе и внушительно, как их лидер.


      Черные воины прошли по пустынным коридорам в центр комплекса. Аплодисменты выступающему оркестру еще продолжали звучать, когда гости буквально ворвались в гримерные помещения. Несколько человек из прислуги испуганно отпрянули в сторону. Лишь невозмутимые лакеи с легким поклоном открыли белые двери перед гостями.


      Небрежным жестом лидер приказал своим бойцам остаться на месте, а сам шагнул внутрь. Едва двери закрылись за вошедшим в комнату командиром, звуки толпы исчезли. Внутри помещения весь шум из залов превращался в едва слышимый гул.


      Взгляд гостя прошелся по обильно украшенному многочисленными цветами и сменными костюмами помещению. Просторный зал поднимался к широкому балкону. На фоне светлеющего неба и развивающихся занавесок стоял всего один человек.


      Это был юноша лет двадцати с очень миловидным лицом. Черные волосы, красиво уложенные, с челкой, спадали на молодое лицо. Синеватые огоньки в глазах, хоть и выдавали в нем человека с аугментацией, нисколько не уменьшали его очарования. Юноша стоял в белой рубашке и черных брюках со скрипкой в руках, и едва слышно высекал смычком стройный робкий звук.


      - Мои приветствия, Арктур Энкор, - произнес чуть искаженный строгий голос из маски.


      - А, командующий Цэссан! – оживленно отреагировал юноша, слегка вздрогнув при виде гостя. – Какой сюрприз! Пришли тоже оценить мое выступление? Слышите? Зал все еще не унимается!


      - Отнюдь, - холодно отрезал Цэссан. – Вы знаете мое отношение ко всему этому праздношатанию. Не вижу смысла и пользы в том, что вы называете искусством. Творчество и самовыражение – одно из самых бессмысленных занятий в современном мире. Оно не поможет вырастить еду, создать армию или защитить себя от враждебной среды. Тратить время на подобные игры непристойно фигуре вроде вас.


      - Ах, ну да, командующий, - юноша с тяжелым вымученным вздохом отложил свою скрипку. – «Это не труд, не работа, не война. Это плоды скуки и безделья, возведенные в абсолют…» Я помню ваши слова. Но раз уж вы здесь, может, развлечетесь хоть немного? Могу я предложить вам партию в шахматы?


      - Не тратьте мое терпение, Арктур. Ваши развлечения – все равно, что импровизация и самодеятельность на поле боя. Они лишь символ отсутствия плана, организации и контроля. Что неизменно чревато разрушением: личностным в мирное время, и физическим - в военных условиях, - продолжил наседать критикой командующий, подходя ближе к скрипачу. – Ваши игры меня не интересуют. Но волнуют. Поэтому я здесь.


      - Неужели, Цэссан? – юноша, по-прежнему демонстрируя полную безмятежность, остановился у чайного столика, чтобы заварить себе экзотического напитка. – В кои-то веки вы проявили беспокойство о столь нелюбимом вами человеке искусства? В вас взыграли отеческие черты? 


      - Именно, - сухо отозвался кибернетик. Из недр своей алой накидки он извлек механический цилиндр. – Это приказ от высшего командования. Совет адмиралов принял решение. Решение, которое я имею право оспорить. Именно поэтому я сейчас здесь заявляю, что не доверяю ни вашему стилю, Арктур, ни вашей философии. И, если вы не сможете меня убедить в своей компетентности, то этот приказ отправится обратно в совет. Вместе с вашей свободой и полномочиями.


      - Вот как, - легкомысленно ответил скрипач. Его взгляд на секунду задержался на цилиндре, который железная рука командующего положила на стол. – Похоже, вас это, действительно, волнует. Оспорить приказ для такого человека, как вы – это что-то новенькое. Что ж, я не стану менять из-за ваших угроз свои планы. Но давайте обсудим наши точки зрения. Может быть, я смогу убедить вас в актуальности моих взглядов. 


      Молодой музыкант, придерживая в руках фарфоровую чашечку с дымящимся напитком, вышел на балкон. Его взгляд устремился на украшенный фонтанами и дворцовыми фонами партер. Широкий мраморный балкон дополнительно украшали довольно контрастные предметы вроде этюдника с недописанной картиной и стойки для оружия. При чем на трех подвесках висели не раритетные сувенирные образцы, а настоящие технологичные клинки. 


      - Мы с вами давно знакомы, командующий. Вы - человек закона и логики. Чести и кодекса. Считаете, что только так и должны действовать лидеры Альянса, - Арктур облокотился на перила балкона. – Вы как программа. Надежная шестеренка большого механизма. У вас всегда все идет по своим рельсам. 


      - Все эти рельсы – векторы и направляющие, которые позволяют системе функционировать и не ломаться под собственным весом, - киборг поднял руку, раздвинув подвижные части запястья. Множество маленьких механизмов тут же заволновались под открывшимися щитками, демонстрируя слаженную работу. - Дисциплина, порядок, контроль – вот три истины, что держат в сэнтэле Ай-Зур жизнеспособность и боеготовность.


      - Допустим, это обеспечивает вам столь любимый контроль над всей ситуацией. Но неужели история ничему вас не научила? – беззаботно отозвался Арктур. - Не редко случалось так, что сторонние факторы сбивали стройный ход плана или стратегии. И вся эта система вдруг оказывалась неспособной что-либо предпринять в аварийной ситуации. Она рушилась. Раз за разом. И будет рушиться. Из-за вашей неспособности подстраиваться под переменчивые условия. В том числе из-за неспособности мыслить гибко и абстрактно, что доступно большинству творческих людей.


      - При должном контроле и своевременных мерах подобных осечек в каком бы то ни было плане быть не должно, - ответил воин, выходя за юношей на балкон. – Все можно просчитать, на любую ошибку найти контрмеру. Подобная попытка оправдать ваше увлечение «нестандартным мышлением» через искусство – просто фарс. Какую бы гибкость и креативность не дарили вам эти праздношатания и бессмысленные увлечения, в реальном деле от таких людей нет толку.


      Взгляд Цэссана задержался на огромном дирижабле, проплывающем над дворцовыми полями. Со всех сторон машину украшали флаги и символика Ай-Зур на ярких цветах. На подвешенных по бокам мониторах демонстрировалась сцена, где проходили турнирные выступления. Десятки молодых музыкальных групп соревновались со скромными хорами и величественными оркестрами.


      На какое-то время Арктур тоже обратил внимание на проплывающую по небу машину. Сделав глоток из чашки, юноша тут же ухватился за новую тему. 

 

      - Иначе говоря, Вы считаете, что Ай-Зур покровительствует подобным мероприятиям, специально развивая в населении бестолковость и глупость? То, что вы не способны в силу настроек ваших мозговых имплантов или личных убеждений понять красоту музыки или просто окружающей действительности, я бы не назвал сильной стороной. Это, скорее, недостаток. Ведь вы, к сожалению, никогда не сможете понять мотивы и убеждения некоторых людей, ведомых творчеством и порывами своей души. И сами без самовыражения вы не способны просто отпустить весь тот гнет мыслей и усохших принципов, что копится в вашей душе.


      - Все это дает мне силу и знание, как поступить в той или иной ситуации. Мной правит не душа, а разум. Не вам меня оспаривать. Все эти волнения и «фантазии» - это не то, что нужно сбрасывать со счетов и пытаться воплотить в грязи на холсте или бессмысленном крике на публике. Это груз истин, жесткий и необходимый, чтобы помнить, кто мы есть, что мы должны сделать, и сколько нам отведено. И да, Ай-Зур именно поэтому позволяет существовать подобному турниру идиотизма. Он делает людей мягкими и покладистыми. Такой массой проще управлять. И Вы, не сочтите за оскорбление, ее избранный представитель.


      - Звучит захватывающе, – Арктур легкомысленно пожал плечами. – Вы имеете право на свое мнение. Да, но при этом вы явно недооцениваете тот факт, что, будучи избранным представителем «подобных масс», я занял свое положение именно за счет «бессмысленных обрядов самовыражения» и «случайных инициатив». Импровизации и гибкости моего поведения. Едва ли вы сможете оспорить выбор наших покровителей.


      - Точно так же и я, следуя исключительно своей доктрине, стал высшим командующим сил Альянса, - Цэссан небрежно взмахнул краем свисающей тоги, заводя руки за спину и сцепляя их в замок. – Только мои убеждения помогли мне занять этот так же одобренный советом адмиралов пост.


      Ухмыльнувшись, Арктур коротким движением открыл голографический интерфейс имплантированного в руку датапада. На голубоватых панельках отразилась сводка о перемещении сил в нижних Потоках и статистика потерянных при последних операциях отрядах Ай-Зур.


      - Вот только вы, не сочтите за оскорбление, винтик устаревшей системы, - не отрываясь от данных продолжил юноша. - Механизма, который уже не раз демонстрировал неспособность противостоять чрезвычайно гибкой и не обремененной вашими комплексами всеконтроля силе. Именно умение импровизировать, действовать в обход всем планам и совершать неучитываемые вашей великой логикой поступки, уже не раз принесло победу агрессивным элементам. Наша система, всегда верная своей логике и власти, не способна противостоять людям, движимым глупыми, на ваш взгляд, порывами и надеждами.


      - Вы правы. Именно это меня больше всего и беспокоит, не стану скрывать, - кибернетик опустил голову. – Мы в очередной раз оказались неспособны предвидеть все. Ай-Зур теряет инициативу по воле кучки разбойных элементов. Адмиралы в панике. С гибелью Корвеносца, заведующего войсками в нижних Потоках, большая часть солдат осталась без командования. Наши силы разрозненны. Контролировать разбросанные по Потокам части армий становится все сложнее. И все это по вине одного человека, представителя хорошо знакомой нам силы…


      - Рэн Однорукий, - на лице скрипача появилась широкая улыбка.  – Как раз тот, с кем я полностью солидарен в выборе наиболее эффективной методики противостояния нашей системе. Он, как никто, демонстрирует, что сэнтэлу Ай-Зур давно пора менять порядки.


      - Двое Корвеносцев погибло от его руки! Его имя было занесено во все экссекреты. Девять лет мы ждали появления кого-то вроде него. Но все равно он появился незаметно для нас и сразу нанес решительный удар, уничтожив Вентеру. А затем пали и все меры по обороне Наар-Киза…


      - Да, неприятное дело. Но ничего удивительного, - Арктур лишь легкомысленно дернул головой, поправляя челку. - Это уже не первый раз, когда наш великий строй трещит под колкими ударами противостоящей силы. Силы, не ограничивающей себя теми рамками, в каких ради самоконтроля вынужден сидеть Ай-Зур. Вентера просто была не готова к тому, что информация, на которую она опиралась, окажется настолько неактуальной. Появление Однорукого было для нее неожиданностью. Она была самым слабым звеном. А Наар-Киз – просто дилетант, не сторонник войны. Он предпочитал играть с жертвами и изучать их, вместо того, чтобы уничтожать ради собственной безопасности. Хотя, в этом я его даже поддерживаю. 


      - Третий Корвеносец был единственным, кто воспринимал Однорукого всерьез и ждал его появления! – возразил командующий, повысив голос. - У него были все козыри по противостоянию людям, подобным Однорукому! Его эксперименты должны были помочь уничтожить даже такого противника. Теперь все это потеряно. У нас нет доступа к его уцелевшим исследованиям. В активной зоне влияния у нас остался только один Корвеносец…


      - И весь Ай-Зур, включая вас, боится его потерять, - расслабленно протянул Арктур. – Теперь я понимаю суть ваших беспокойств, и почему вы решили изложить их именно мне.


      - Именно. Тяга такой фигуры к импровизациям и открытому конфликту может стоить Ай-Зур очень многого. Я предупреждаю. Носитель знака Корва не должен оказаться в прямой битве с Рэном Одноруким. И, если понадобится, я готов приложить все силы, чтобы защитить лидера даже от себя самого.


      Скрипач не спешил с ответом. Юноша с самодовольной ухмылкой смотрел на безмятежно гуляющих по партеру людей. Где-то вдалеке играла музыка, которую ветер разносил по окрестным паркам. По зеленому лугу бегали тени пушистых облаков, периодически сверкающих белизной в отражении декоративных прудиков.


      Все это расслабляло, особенно при мысли о том, что спор с Цэссаном был уже выигран, даже если тот этого еще не понял. Но заканчивать эту игру с ним так быстро Арктуру не хотелось. Выключив все экранчики с данными, он легкомысленно отвлекся на парк.


      - Вы когда-нибудь были на сцене перед сотнями зрителей? – неожиданно спросил Арктур. – Когда-нибудь пробовали взять под контроль десяток человек с разными инструментами? И превратить их навыки по созданию этими инструментами звуков - в симфонию? А затем захватить внимание сотен и тысяч людей. Заставить их кожу, легкие и сердца дрожать, когда они будут слушать ваше произведение. Ваши старания превратить странные звуки в настоящий шедевр: плавный, мелодичный, единый и неукротимый, словно океан. Можете ли вы этим самым, ненавидимым вами, искусством завладеть через уши и глаза душами всех этих людей? Если нет, то вам, конечно, не понять моего желания лично быть в гуще битвы и бросать вызов судьбе в танце со смертью.


      - Мое место не на сцене. Оно в командной рубке боевого корабля, - холодно отозвался Цэссан. - И я правлю не пустыми умами разлагающегося общества потребителей. А разумами, жизнями и смертями солдат. Тех, кто строит этот мир и наше будущее. Им нет дела до песен и од, которыми их будут воспевать. Им это не нужно. Я сам четкими решениями вершу судьбу этого мира и несу смерть врагам Ай-Зур. Поверьте, ощущение от такого «представления» не уступит вашему «самовыражению» на сцене. Разве что мое «выступление» принесет пользу всем нам, а не только вашей душе и самомнению.


      - И все же, вам не помешало бы хотя бы время от времени разгружаться. Пусть не искусством, но, хотя бы, медитациями, - разочарованно со вздохом парировал юноша. – Иначе, как бы вы еще могли меня уговорить пойти по вашему плану, если не способны меня понять? Мы ведь с вами как земля и небо. Вы заведуете пехотой и всеми наземными силами. А я сейчас заканчиваю свой проект с военными СКП. Небесная флотилия, детище совета адмиралов, под моим началом. Мы с вами правим двумя совершенно разными силами. Я - человек искусства и стремительных порывов. Вы - закостенелых правил и приказов. Едва ли вам дано понять, какого управлять силой, ничем не ограниченной на той высоте, что она занимает.


      - Мне это и не нужно, - с пренебрежительным вздохом ответил командующий. - Совет адмиралов хочет, чтобы мы объединили наши усилия. Мои войска должны стать под ваше начальство. Хотя я это решение совсем не одобряю. Я долгое время служил под покровительством Третьего Корвеносца Наар-Киза. Его компромиссный стиль меня всегда устраивал. Но все же, я не смог защитить его в критичный момент. Несмотря на все улучшения, что он мне подарил. Теперь же я вынужден встать под новое знамя и отдать свои силы тому, чей стиль меня не устраивает вовсе.


      - Что ж, возможно, в какой-то степени вам повезло, - отозвался юноша. – У вас есть хотя бы толика возможности возразить совету относительно его планов на наследство Наар-Киза. В конце концов, из всей нашей системы только Корвеносцы и их приближенные имеют определенную свободу в решениях и инициативах, не касающихся воли совета.


      - Именно поэтому, я позволил себе не дать четкого согласия на это решение. Я отошел от привычных, как вы выразились «рельс». И именно поэтому я призываю и Вас оставить свой беззаботный путь случайных решений и непродуманных инициатив. Позвольте мне использовать ваше влияние и силы, чтобы уничтожить цель теми способами, которые не поставят под удар то немногое, что у нас осталось. А сами уйдите в тень и прекратите показываться на людях.


      - А вы в себе чрезвычайно уверены, командующий, - пропел Арктур. – Мне льстит ваше инициативное неподчинение, столь для вас нехарактерное. Но, мы, кажется, уже обсудили тот факт, что Рэн Однорукий принадлежит силе, на которую у нас нет управы. За эти две недели мы так и не наши его…


      - Вы не нашли. Мои гончие уже выследили его команду.


      Резко развернувшись, Цэссан взмахом руки открыл перед собой красные инфопанели с несколькими изображениями потрепанного лугового глайдера. Сделанные издалека снимки четко запечатлели команду странной машины и стоящего на носу человека с протезом правой руки. 


      - Неужели? - Арктур удивленно вскинул брови, разглядывая снимки. - Каким же образом вся подконтрольная Ай-Зур армада не смогла сделать то, что каким-то чудом умудрились сделать вы?


      - Все просто. Я взял власть над этой разрозненной армадой. Осознавая, сколько могут продлиться поиски в нижних Потоках, я специально оставил в оцеплении три лазейки. Одна из них и приманила к себе этого бунтаря. Несколько дней назад его судно «как будто бы незамеченным» прошло по Лайсевому тракту. Однорукий осел в Младшем Арк-Коросе. Мои люди оцепили это мир и готовы начать действовать по моему первому приказу.


      - Надо же! – воскликнул скрипач. – А вы умеете удивлять, командующий! Если у вас уже все схвачено, то каких действий вы ждете от меня? Неужели вам мало ваших сил? И для успешности атаки обязательно нужно, чтобы я отозвал свое участие в турнире?


      - Как мы и говорили: система ненадежна. Даже при таких условиях я допускаю, что объекту удастся снова обойти все меры и избежать поимки. Поэтому мне нужно подкрепление в виде ваших боевых фрегатов. И, как минимум, обещание, что вы не отправитесь на охоту самолично, подставляя под удар командование Альянса.


      Арктур тяжело вздохнул, и, наконец, перевел взгляд на командующего. Какое-то время юноша сохранял молчание, вглядываясь в образ военного.


      - Хорошо. Вы меня удивили своей прозорливостью. Я выделю вам силы и не стану принимать участие в первом столкновении с Одноруким. Но если вы не сможете завершить удачно операцию, полагаясь на свой план, не обещаю, что буду все время сидеть в стороне. Я давно ждал возможности лично сразиться с кем-то из бунтарей типа Кида Айжена. Его лучший друг подходит, как нельзя кстати. Моя личная победа над ним сможет, наконец, дать понять адмиралам, что будущее Ай-Зур за такими, как они, эти бунтари. За такими, как я. Только я все равно не буду сидеть, сложа руки. Раз уж мы с вами теперь вынуждены объединить усилия, то я тоже попрошу вашу пехоту помочь мне в одном деле.


      - Я слушаю, - с напряженным выдохом прогудел Цэссан.


      - Мои СКП уже почти готовы. Я считаю, что нет наиболее подходящего момента для их испытания, чем сейчас. В одно время с операцией по ликвидации Однорукого, мы обрушим свой удар на зарвавшуюся Гильдию Искателей. Наших сил уже достаточно, чтобы оспорить власть в Рассеране.


      - Вы меня не слушаете! – командующий нервно взмахнул рукой. Его голос на миг чуть не превратился в рычание. – Гильдия Искателей - еще более опасный противник.


      - Противник, который уже почти открыто выразил свой протест воле Ай-Зур.  Нам прекрасно известно, что Однорукий был в Гильдии. Без инициативы Наар-Киза он не покинул бы ее так скоро. Хозяйка Гильдии оказывает ему поддержку, это неоспоримо. Есть серьезные основания полагать, что она посодействовала в обнаружении и устранении Третьего Корвеносца. И так же может подготовить силы для противостояния всему Альянсу. Ее влияние и так мешает планам Ай-Зур уже слишком долгое время. Так что конфликт с Искателями – лишь вопрос времени.


      - Если атака на Гильдию окажется неуспешной, мы потеряем еще больше влияния и сил. Второго шанса у нас может не быть. К тому же, я бы ни за что бы не доверил такое дело столь легкомысленному командиру.


      - Я бы и не стал браться за это дело только своими силами. Но с помощью ваших наземных войск, у нас есть шанс захватить Гильдию в тиски и вернуть контроль на Рассераном. В случае победы он станет плацдармом для наших войск. Мы снова сможем сформировать армию, собрать все силы и укрепиться на большой земле.


      Цэссан молча выдохнул. Теперь настала его очередь испытывающе вглядываться в нежеланного союзника. 


      - Как только Гильдия падет, мы вернем себе контроль над средними Потоками, - без улыбки продолжил Арктур, стараясь говорить как можно спокойнее. - Сможем установить связь со всеми разрозненными силами и подготовиться к решающей стадии моего плана. Следом мы призовем вернуться под покровительство Альянса наши заводы и цеха из Символа Фериссии. Корпорации снова примкнут к нам. Королевство Кассии не сможет противостоять такой силе и падет. Ай-Зур снова возьмет власть в Потоке в свои руки. Энтэриус вновь будет наш. Как в старые времена. И это независимо от успеха вашей операции по поимке Рэна Однорукого.


      - И почему у меня чувство, что это просто еще одна легкомысленная уловка, основанная на амбициозных порывах и необоснованных фантазиях? – с настороженностью произнес командующий.


      - Это договор, командующий Цэссан, - с ухмылкой отозвался скрипач. Юноша расслабленной походкой вернулся в помещение, опуская опустевшую чашечку рядом с приказом совета на столе. – Раз уж мы вынуждены действовать вместе, давайте попробуем извлечь максимальную выгоду из нашего сотрудничества. Не станем превращать наши противоречия в слабости. И отстранять меня от должности, только исходя из ваших принципов и недоверия. Объединим наши достоинства, чтобы взаимодополнить друг друга.


      - Даже не думайте превращать это в соперничество, - предупредил Цэссан.


      Он решительно приблизился к оппоненту и схватил цилиндр как раз в тот момент, когда его коснулась рука Арктура. Юноша лишь улыбнулся.


      - Никакого соперничества. Мы едины. Флот и пехота. Искусство и логика, чувства и разум. Небо и земля. Мы дополним друг друга. И обрушим всю силу наших противоречий на врагов Ай-Зур.


      - Я рад, что мы нашли общий язык. Что ж… в таком случае, - командующий поднял взгляд на скрипача и выждал в нерешительности секунду, - для меня будет честью служить с вами, Второй Корвеносец Арктур Энкор.


      - И для меня. За наше будущее, командующий Цэссан. За Ай-Зур.

Читать далее

Комментарии:
комментарий

Комментарии

Добавить комментарий